Книга Равновесие Парето, страница 76 – Денис Бурмистров

И это все было грандиозно!

От увиденного у меня перехватило дух. Я вынужден был все-таки опуститься на колени, чтобы не упасть головой вниз, в эту гудящую, стремящуюся вперед черную бездну, неожиданно потащившую за собой. Отталкиваясь ладонью от шершавой поверхность земли, я отполз назад. И встал лишь тогда, когда посчитал расстояние до Колодца достаточно безопасным.

И все же в душе поселился первобытный страх, страх перед стихией, которая живет своей, отдельной жизнью, невзирая на копошащихся вокруг людишек. Я почувствовал себя неуютно, осознав, что прямо подо мной, в данную минуту, со скоростью почтового поезда, проносятся тонны воды. Что я сижу на каменной крыше, которая в любой момент может обвалиться, как некогда обвалились своды нынешних Колодцев. Буквально кожей почувствовал, как я мал в сравнении с незримыми движениями окружающего мира, с течением рек, с массивами проносящихся над головой облаков, с теми давящими пластами времени, отсчитывающим часы, года, века и эпохи. И вдруг ясно, очень ясно осознал, что с моим исчезновением ровным счетом ничего из этого не изменится. Моя смерть не остановит ход времени, не заставит реки прекратить течь и не разгонит облака даже над мало-мальским двориком этого забытого всеми городка. Стало страшно.

— Познаешь вселенную, Игорь? — вырвал меня из неприятных размышлений ехидный голос геолога. Задумавшись, я не заметил, как его большая фигура приблизилась ко мне и как большая волосатая рука протягивала мне фляжку с откинутой крышкой. — Выпей, почувствуй вкус реальности.

Водка оказалась теплой и противной. Я поморщился, закусил заботливо поданным крекером, занюхал рукавом пальто.

— Во, — одобрительно протянул Карчевский, убирая флягу в карман безразмерного анорака. — Хоть краска на щеках появилась. Мощно?

Он кивнул в сторону Колодцев. Я лишь кивнул.

— До сих пор не знаем почему круглые, — между делом признался мне Олег. — Почему свод провалился знаем, а почему круглые края — нет.

— А куда река уходит? — спросил я.

— Там, в третьем Колодце, еще ниже проваливается водопадом. Дальше уходит под землю, под горы. А дальше разбивается на мелкие рукава и впадает в другие реки, бьет ключами в болотах, — Карчевский махнул куда-то рукой. — Далеко, в общем.

— А где начинается?

— А вон там, — геолог так же неопределенно указал в противоположную сторону. — Под «железякой».

— Под чем? — не понял я.

Карчевский усмехнулся.

— Да, не бери в голову.

— А все же?

— Про магнитную аномалию слышал? Слышал. Обычно такой эффект дают крупные залежи железа. Тут они, судя по показаниям, которые все-таки удалось снять, ну очень обширные и очень крупные. Но, зараза, глубоко под горами. Вот ее мы и называем «железякой».

— А чего не разработали еще? — удивился я. По моему мнению, все более-менее известные большие запасы недр, где могли уже были найдены и выкопаны. От друзей, сведущих в состоянии современного мира, то и дело слышал об истощении земель, о кризисе природных ресурсов. А тут вон, большие залежи железа, да еще и не найденные толком!

— Почему не разрабатывали? Где смогли, прорубились, но больше краями, в объем уйти не смогли, — ответил Карчевкий. — Сложно объяснить на пальцах, но там хрен подберешься. Неудачно лежит «железяка». Кстати вон, можешь Юдина спросить. А что это тебя так заинтересовало?