Книга Наследница Джасада, страница 122 – Сара Хашем

Пока Арин слушал меня, он сидел в кресле, опершись локтями на колени. Жуткая маска спала с его лица, и я увидела то, чего никогда не ожидала увидеть: недоумение.

— И ты решила остаться здесь, в этой каменной тюрьме? Тренируясь для участия в турнире, на котором шансы умереть составляют примерно два к трем? – с недоверием произнес он. – Муфсиды ускользали от меня годами, и они твой лучший шанс скрыться от меня и Феликса. Почему ты осталась?

— Я же тебе уже сказала, – ответила я. – Я здесь по своей воле. Я выбрала свободу, и ты мой лучший шанс добиться ее.

— Ценой жизни собственного народа?

— Они не мои… – У меня перехватило дыхание от ужаса.

Оскверненная гробница Ровиала, я чуть было не произнесла это вслух. Чуть было не выдала тайну худшую, чем моя настоящая личность или Ханым.

— Почему я должна быть обязана им своей жизнью? – Я стиснула зубы, когда мои глаза защипало от внезапных слез. – Почему для других приемлемо ставить свои интересы выше всего остального, а для меня это эгоизм? Я не просила об этом, я не хочу этого. – Я резко встала с кровати, ошеломленная тем, что открылась человеку, который, скорее всего, воспользуется новой информацией против меня. – Тебе пора идти.

— Сильвия, – Арин назвал меня по имени впервые после того, как мы уехали из Махэра, и поэтому я снова подняла взгляд.

Арин смотрел на меня со всей серьезностью, а в его глазах сквозила тень понимания.

— Скажи мне, кто ты.

От шока я потеряла дар речи. Видимо, проявление честности, когда я пересказала Арину разговор с муфсидом, и демонстрация уязвимости – это правильное сочетание ингредиентов, которые способны успокоить настороженное недоверие Арина. Если сейчас я отступлюсь и он почувствует хотя бы запах лжи, то этот момент больше не повторится.

— Ты мне не поверишь, – начала я. – Моим отцом был Валид Райан. – Я вложила в это имя нотки тоски, грусти и упреков.

Эмоции преданной, но когда-то любимой дочери. По крайней мере, я надеялась, что именно это услышит в моих словах Арин, ведь я никогда не была ничьей дочерью. Мой отец покинул этот мир со стрелой в горле, а мои бабушка и дедушка закрыли Нифран в Бакирской башне, когда она попыталась последовать за ним.

— Валид Райан – судья Ахр иль Убура. – Арин постучал пальцем по колену. – Ты хочешь сказать, что ты Мирват Райан? Дочь третьей по могуществу семьи Джасада.

Я выбрала личность Мирват Райан по трем причинам. Первая – мы были одного возраста. Ее родители часто приезжали в Уср Джасад, и на меня возлагалась обременительная задача развлекать девочку. Ее отец был достаточно важной фигурой, чтобы его ненавидели все, поэтому Арин должен был понять важность вербовки дочери Валида. Вторая – она мне не нравилась. Она не хотела лазить со мной по финиковым деревьям или гоняться за домашним каракалом, а третья причина состояла в том, что я точно знала, что Мирват Райан и ее семья мертвы. Они приехали навестить моих бабушку и дедушку перед тем, как мы отправились на Кровавый пир, и гидо Нияр предложил им остаться в Уср Джасаде до нашего возвращения. В тот момент, когда крепость была взята, солдаты Верховного перебили всех до единого в Уср Джасаде.

— Я предпочитаю имя Сильвия, – сказала я.

Внезапно я почувствовала сильную усталость. Возможно, моя встреча с муфсидом оставила более глубокий след в моей душе, чем я думала.