Книга Наследница Джасада, страница 222 – Сара Хашем

— Где кольцо? – воскликнула Сэфа, когда я завернула за угол. – Оно все-таки начало жечь твои руки?

Я помассировала запястья, вздрогнув от воспоминания о силе, заключенной в пустоте пещеры.

— Да, – ответила я.

К исходной точке второго испытания нам была предоставлена возможность ехать в карете. Диа, прижавшись лбом к стеклу, вполголоса вела счет каждому дереву, мимо которого мы проезжали. Мехти справлялся со стрессом так же, как он справлялся со всем: был слишком шумным. Из него лился непрерывный поток болтовни о танцорах с прошедших праздников, а затем он пустился в подробное описание бастурмы, которую он ел вместе с жареной курицей. Разговорившись, Мехти закинул ноги между нами и фыркнул, когда Диа столкнула их со скамьи.

— В нашем городе дети рассказывают истории о Дар аль-Манасире. Когда я учился в школе, один мальчик предложил мне отдать свой камень, если я смогу перейти этот порог.

— Правда? – неохотно спросила Диа, которую заинтересовал его рассказ.

Несмотря на то что Мехти был странным, он все равно по-своему был интересен, и грохоту колес кареты я предпочла его истории.

— Это был очень хороший камень, – фыркнул он, скрестив руки на груди. – Другие мальчики тоже хотели его получить.

— О чем ты говоришь? – Диа снова отвернулась к окну. – Дар аль-Манасир опасен только во время Алкаллы, в остальное время захваченные Низалом существа остаются в их тюрьмах.

В отличие от леса Аюме, в Дар аль-Манасире отсутствовала магия, которая питала проклятый лес. Этот порог был назван «домом забытых» в честь деревни, похороненной внутри. Для Алкаллы это было сравнительно новое испытание, и подготовка к нему немало напрягала Aрина. На его картах Дар аль-Манасир и Омал были связаны между собой будто бы искривленными песочными часами. Дар аль-Манасир, окутанный лесом Эссам, был нижней точкой часов, а Омал – верхней. Спустя два года после Кровавого пира спасшиеся группы джасади, скитающиеся по дикой местности, наткнулись на одинокую омалийскую деревню, которая уже была заброшена и покинута ее предыдущими обитателями. На рисунках, которые дал мне Арин в начале обучения, я увидела, как счастливо жил здесь мой народ. Живя в этой деревне, они оживляли бесплодные земли вокруг и совершенно никому не мешали, но на следующем рисунке, сделанном углем, я видела, как армии Низала и Омала окружили деревню со всех сторон. Джасади почувствовали вторжение врагов и объединили свою магию, чтобы втянуть в деревню Эссам, в результате чего внутри домов проросли деревья, полы лавок усеяли гнезда пауков, а каменистую местность покрыла грязная почва. Поскольку от таких затрат магии сила джасади иссякла – они были совершенно беспомощны и не смогли защитить себя. Ученые полагали, что они приказали Эссаму прикрыть их деревню в надежде спастись и сбить с толку солдат, а я, часами изучавшая рисунки, которые дал мне Арин, поняла, что когда джасади тратили свою магию – они уже знали, что их ждет, и были готовы умереть, а вот позволить Низалу или Омалу уничтожить их второй дом – нет. От других городов Омала Дар аль-Манасир отделяла лишь роща деревьев на склоне холма, и любые существа, которых не удастся уничтожить чемпионам, будут уничтожены солдатами.

— Какие три трофея вы бы хотели получить? – спросил Мехти. – На последней Алкалле был чемпион, завладевший головой ниснаса, пером аль-Анкаа и хвостом вироли. Мне хотелось бы получить кусочек зулала, если он водится в этих местах.