Книга Наследница Джасада, страница 88 – Сара Хашем

Черт бы побрал эти туннели! Эта дурацкая движущаяся стена вывела меня из равновесия и повлияла на мои суждения.

— Магия джасади – это не бездонный колодец. У каждого джасади есть ограниченный запас, из которого он может ее черпать. Представь, что кто-то экономно использует свою магию, облегчая рутинную работу по дому, а другой тратит свои ресурсы на какое-нибудь эффектное зрелище. Для первого джасади пополнение запасов магии не станет проблемой, ведь он никогда не достигал дна колодца. Но тому, кто истощил свою магию, приказав лошади лететь или дождю пролиться, должен будет беспомощно ждать, пока время не восстановит его запасы. – Арин поднес руку в перчатке к моему виску и провел по нему легким как перышко движением. – Я обладаю способностью временно осушать этот колодец. Конечно, время восстановит их магию, но к тому времени…

— Ты уже поймаешь или убьешь их. – Моя магия так настойчиво билась в венах, что мои запястья, сдавленные браслетами, онемели.

Это реакция на самого Арина или лишь на его слова?

— Да. – Он оставался невозмутимым перед лицом моего отвращения.

И если бы прошлой ночью я не слышала ненависти в его голосе, я могла бы поверить в его безразличие. Но, по крайней мере, теперь у меня был ответ на вопрос, почему моя магия так сильно реагирует на его прикосновения. Он не может истощить ее, но может заставить ее проснуться.

— Твоя очередь, – напомнил мне Арин, достав из кармана плаща носовой платок и вытирая им паутину с ящика.

Но он не заслуживал знать мои секреты, и мне хотелось, чтобы он подавился своими собственными кишками, когда я буду скармливать их ему по кусочкам.

– Тогда не раскрывай их ему, –настаивала Ханым.

Она, кажется, обрадовалась тому, что я решила задать ему вопрос от имени джасади, а не от своего собственного. Ей хотелось, чтобы я сбежала и присоединилась к группировкам, на которые он охотится, но при одной только мысли об этом меня будто окатывали ушатом холодной воды. Нет, я приняла собственное решение, и мой лучший путь к свободе лежал через наследника Низала. Я не забыла, что вчера сказал мне Арин. Муфсиды и ураби преследовали одних и тех же джасади только в том случае, если они занимали важный пост в некогда процветающем королевстве. А это значит, они либо подозревали, кто я такая, либо каким-то образом уже узнали об этом.

— Я не помню времени, когда моя магия текла свободно.

— Это можно исправить? – сцепил он руки за спиной.

Я покачала головой, но если бы он стал настаивать, я не знала, смогу ли я придумать ложь, способную выдержать его пристальный взгляд.

— Это слишком жестоко, ведь твоя магия кажется сильной.

Я чуть не рассмеялась в ответ на его слова. Если бы он только знал, кто я. Конечно, мои бабушка и дедушка не надели бы браслетов на человека с обычной магией, и Ханым не стала бы так отчаянно желать использовать ее. Аномальная магия определила мою жизнь.

— Ты знаешь в этом толк, ведь необычайная жестокость – твоя специальность.

В кои-то веки Арин решил больше ничего не комментировать, хотя я была уверена, что к вопросу о том, что подавляло мою магию, мы еще вернемся. Мне казалось, он вплетал новую информацию, будто паутину, в недра своего разума, пока не соберет все ее нити.

— Банкет в честь чемпионов состоится в Лукубе через шесть недель. Оттуда мы отправимся на первое испытание, которое пройдет в Орбане, а до тех пор у нас есть время подготовиться.