Онлайн книга «Запретный плод»
|
Он опять взглянул исподлобья уже знакомым ей взглядом сильного, но несчастного пса: — Я тоже. Наверное, я все равно не смог бы это скрывать от тебя долго. Меня так и подтачивало изнутри… Ты разрешишь мне остаться с тобой до дня твоего рождения? — Милый ты мой. – Она медленно провела оборотной стороной руки по его щеке. – Я бы рада оставить тебя навечно… Но разве… там счет не идет на дни? — Меня все равно не пустят к сыну, он сейчас в боксе. Зачем мне без толку торчать в Кемерово? Потом, может быть… У нее заболело сердце: «Я могу подарить себе этот месяц? Может быть, это будет последний мой месяц счастья… Какого черта?!» — Ладно, – решилась Ольга. – До дня моего рождения. Я хотела познакомить тебя с Пашкой. Хотя теперь это уже бессмысленно. — Кто знает… – пожал Макс плечами. – Больше всего я сейчас хочу, чтобы Илюшка поправился, и они отпустили бы меня без обид. Ты примешь меня назад? Она выжала улыбку: — Смотря сколько лет пройдет… — Ты не станешь ждать долго? – не понял он. — Не в этом дело. Я ведь не молодею, Макс. Если я начну шарахаться от зеркала, то… Он воскликнул слишком горячо, но ей не показалось это притворным, от фальшивых интонаций Ольгу так и корежило. — Ты и в шестьдесят будешь моложе всех! Я просто не представляю, что ты можешь угаснуть. — Дай-то бог, – отозвалась она с опаской. Оглянулась на дверь туалета: девчонки так и не вышли – опасались потревожить их? Она усмехнулась: — Пойду, расставлю все точки над «i», а то они скончаются там от любопытства. Слегка шевельнула пальцами, не решившись поцеловать. — Оля, – позвал он. – Ты позвонишь мне, как освободишься? — От друзей? Ты требуешь непомерной жертвы. Это было совсем не так, но Ольге вдруг захотелось чем-то уколоть его напоследок. Ей и самой-то сегодня причинили боль. Имеет право на ответный удар… Сегодня ей целая ночь понадобится, чтобы притерпеться к тому, что случилось с ее жизнью. Хотелось обернуться и крикнуть ему: «Зачем? Какого черта ты полез ко мне?! Ты-то ведь все знал про себя! Я ведь не девочка, которой такие трагедии только на пользу – сердце взрослеет… Что мне теперь делать со своим сердцем?!» Она не обернулась. Все упреки утащила с собой, чтобы, сполоснув руки под холодной водой, смыть их, как дурной сон. Злость – то же наваждение, нужно избавляться от нее сразу же, пока не зацепилась за душу, не ввинтилась в нее. Такое отверстие проделает, что все доброе со свистом вылетит… Девчонки (до сих пор говорили друг про друга только так) замолчали, когда Ольга вошла. Она отвернула кран, намочила кончики пальцев, энергично стряхнула воду. Рванула рулон бумажного полотенца – край получился рваным. — Оль, ну ты давай, признавайся! Это твой парень? – наконец не выдержала Таня. Она сказала не «парень», простецкое словечко подобрала. Свои, мол, чего церемониться? Все матерились когда-то… Челку обесцвеченную откинула, сигарету зубами зажала – настоящая пиратка. Татьяна всегда была самой отчаянной из их компании. Дралась даже в десятом, когда ходили на каблучках и в коротеньких формах. Вся школа сбегалась посмотреть на такое зрелище, которое тогда еще никто не называл «шоу». Кто бы мог подумать, что боксом будет заниматься не она, а Оля, которая никого и пальцем не трогала. Невозможным казалось: как это – ударить человека? Вся мировая литература, заложенная в ее памяти, вскипала от возмущения. Со временем прошло… |