Книга Одноклассники, страница 74 – Юлия Захарова

Чего она добивалась? А чего обычно хотят любовницы от женатых мужиков? Жека не был богат, не был хорошей партией. Обычный среднестатистический парень, каких тысячи. Может в школе он и выделялся, но это только благодаря папиным капиталам. К тому же, у Лельки у самой не было нужды в деньгах. Вот она-то как раз очень хорошо зарабатывала. Могла себе позволить гораздо больше, чем мы. Зачем ей Капустин? На что она рассчитывала?

Что он бросит меня и будет жить с ней? Ну вот я ушла из дома, цель достигнута, но Жека обивает мой порог и просит вернуться. Неужели Леле нечего ему предложить?

Я понимаю, когда между двумя людьми вспыхивают чувства. Этому вообще трудно противостоять. Но если бы у них была любовь, Капустин бы не страдал. Наоборот, радовался, что теперь им никто не мешает, никто между ними не стоит. Если нет любви, тогда что их связывало?

Страсть? Не помнила, чтобы Жека хоть раз проговаривался, что считает Лельку привлекательной. Скорее наоборот, мы вечно подтрунивали над ее эксцентричностью. Капустин даже в шутку жалел того парня, которому эта фурия достанется. Она ведь, как каток, готова переть к своей цели, не разбирая дороги. Вот и меня закатала…

Я горько усмехнулась своим мыслям. Меня всегда удивляло, как близкие люди, лучшие друзья вдруг в одночасье становились врагами. А вот оно как, оказывается. Не так уж и сложно возненавидеть человека, которого боготворил, если он растоптал и унизил тебя. Я вдруг поняла, что гораздо более сильную боль мне причинила даже не измена Жеки, а именно предательство лучшей подруги, которая в подобной ситуации должна была подставить мне жилетку, куда я поплакала бы и успокоилась. А теперь получалось, что мне даже и поговорить-то об этом не с кем… Я должна страдать в гордом одиночестве.

Как-то несправедливо! И в самом деле. Она эту кашу заварила, ей ее и расхлебывать.

Я схватила телефон и набрала Лелькин номер.

Я продиралась сквозь забитые посетителями столики модного пивного бара. Место было очень популярным. Помимо того, что здесь варили отличное крафтовое пиво, каждый вечер гостей развлекали приглашенные артисты — певцы, музыканты, комики.

Лелька сидела за угловым столиком, отделенным от основного зала живой изгородью. Она отстраненно смотрела перед собой, кажется, не замечая ничего и никого вокруг. Я остановилась, не доходя несколько метров до ее стола, замерла в нерешительности. Правильно ли я поступила, решив поговорить с ней? Не слишком ли рано я объявляла перемирие? Хотя, вряд ли это можно было назвать перемирием. Мне нужны были ответы на вопросы, и я намеревалась их сегодня получить. Возможно, это поможет мне расставить все на свои места…

Лелька вдруг очнулась, вышла из оцепенения, подняла голову и уперла взгляд прямо в меня. На лице ее непроизвольно дернулся мускул, а я поняла, что обратной дороги нет и двинулась к столику.

Я села напротив, откинулась на спинку мягкого диванчика и уставилась на нее, словно впервые видела. Может такое ощущение возникло потому, что передо мной действительно сидел не тот человек, которого я знала всю жизнь? Не моя закадычная подруга Лелька, с которой мы делили и печали, и радости, а расчетливая беспринципная предательница, нанесшая мне удар в спину.

— Бить будешь? — спросила она на полном серьезе.