Книга После развода. Лучше одной, страница 59 – Яна Мосар

Отвалите.

Ещё стук.

Яра первая приходит в себя.

— Марат Алиевич!

— Уволен, - рычу на весь кабинет.

Яра отталкивает меня.

— Ты что себе позволяешь? - шипит, дыша так, будто только что марафон пробежала. - Я тебе не какая-то там!

И с размаху влепляет мне пощечину.

Голова у меня даже чуть в сторону уходит.

Опять.

Ярослава выскальзывает из рук и идет в сторону двери на ходу застегиваясь.

Провожу языком по внутренней стороне щеки.

Смотрю на ее растрепанные волосы. На припухшие губы.

На злость, стыд и то, как ее всё ещё колотит.

Хватается за ключ.

— Какая это “какая-то”? - кидаю в спину.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ни хрена не понимаю. Или уже старею, или женщин возрастных мне не понять. Вот знал же, что с такими не надо связываться. Много знают, много думают, много понимают. Не вот эта побрякушка для секса под именем Анжела.

Стук в дверь повторяется.

— Марат Алиевич? Это срочно.

Щелкает замком.

— Внизу меня подожди.

— А я уволена, - открывает дверь и уходит.

— Да я не тебе!

— А я сама!

— Ну и иди, царевна, - летит мне в спину, когда я вылетаю из его кабинета. - Все вы одинаковые!

Ах, одинаковые!

Сдерживаюсь, чтобы не обернуться.

Если сейчас обернусь, то вернусь, вцеплюсь ему в шею и придушу.

Сердце колотится так, будто я не из кабинета директора вышла, а сбежала с пожара.

Губы жжет, а на коже всё ещё ощущаются его руки.

Нормальный он вообще?

Вылетаю из ресторана и сажусь в машину.

Утром одна у него. Днем - другая.

И после этого он ещё смеет ко мне лезть.

Озабоченный придурок.

Нахал.

Бесстыжий.

Завожу машину и уезжаю.

И при этом целуется, зараза, так, что мозг отключается.

Осторожно веду машину, потому что руки до сих пор дрожат. А я, между прочим, не собираюсь разбиваться из-за мужчины, который считает нормальным пересаживаться с одной женщины на другую, как с машины на машину.

Не понимаю, что вообще происходит. Не хочу, чтобы он мне нравился. Не хочу снова зависеть от кого-то. Не хочу ни с кем быть. Одной в сто. Нет, в тысячу! В миллион раз лучше.

Но сердце почему-то до сих пор не понятно от чего стучит, как бешеное. Неужели от одного этого поцелуя с ним. Мне будто снова семнадцать и меня первый раз в подъезде зажали.

Домой возвращаюсь злая, нервная и распаленная до неприличия. Наливаю воды, сажусь за стол и раскладываю чеки.

Так. Надо переключиться.

Работа.

Никаких Маратов.

Никаких блондинок.

Никаких коленей.

Никаких губ.

Чеки, суммы, время, расхождения.

Так. Мой чек. Дата. Время. Сумма по меню. Сумма в счете. Оплата прошла.

И чужой чек. Почти случайно украденный из-под носа у милой семейной пары. Там я не уверена, что есть расхождения.

Но чую, что тут проблема. И выяснить окончательно все я смогу только в понедельник, когда придут выписки из банка.

Схема точно есть.

И Марату я теперь ничего не скажу. Плохо себя вел.

Когда все выясню, расскажу, конечно, трудовые отношения не должны зависеть от личных. А вот если личные это как раз и есть мои догадки, которыми я с ним делюсь.

Я берусь за уборку своей комнаты, кухни и коридора. Как никак живу тут.

Телефон звонит через два часа. Смотрю на экран.

Марат.

Желания отвечать нет, но это может касаться работы.

— Да.

— Ты где?

— Дома.

— Леха где?

— Не знаю. Я что, слежу за ним, что ли?