Книга Измена. Он не твой, страница 32 – Яна Мосар

— Катя тут еще кое-что попросила, я возьму в ее комнате.

— Быстро только.

— Спасибо тебе большое… Спасибо, Яр. Я больше никогда…

— Хватит уже слов, иди отсюда, – перебиваю жестко, показывая на дверь. – И запомни: видеть тебя больше не хочу. Никогда.

Выставить бы ее, так не хочется брать грех на душу, опять истерика эта начнется, потом успокаивай. Даша тоже! Нельзя было мне сказать?! Надо было обязательно ее просить? Чтобы лазила тут по ее вещам и нос свой совала везде.

И надо молчать, чтобы еще больше ее сейчас не расстраивать. И так вся на нервах из-за Кати.

Жду, когда выйдет. Отвлекаюсь на звонок от мамы, а когда возвращаюсь в комнату Кати, чтобы поторопить Марину, та спит на детской кровати, прижимая к себе сумку и большого медведя.

Бл*, серьезно?

— Марин, – толкаю ее в плечо. – Марина, просыпайся.

Что у нее там за таблетки были вообще?

Снотворное. Блистер у нее один. Таблетку оттуда она съела одну.

Ну хоть не устроила мне тут попытку суицида.

П****ц!

Что с ней делать?

Ладно. Черт с ней. Забираю сумку с вещами. Получишь ты у меня завтра и вещи, и все. Проснись только, сука.

Выключаю свет. Захлопываю дверь.

Пью воду и ложусь спать.

Даша так и не ответила. Уснула, наверное.

Тогда просто пишу: “спокойной ночи, мои девочки. Поцелуй Катюшу, я вас люблю”

Ярослав

Просыпаюсь от удушливой жары. В комнате темно, воздух тяжелый, будто пропитан чем-то липким.

Простынь влажная, спутанная и влажная от пота. Пытаюсь вдохнуть поглубже, сбросить с себя это ощущение вязкого тумана, но не получается. Все тело какое-то тяжелое, неподвластное мне.

И в этой густой, жаркой темноте вдруг ощущаю знакомый запах. Дашин. Ее духи – сладкие, с нотами жасмина и апельсина, запах ее волос, чуть ванильный. Ее дыхание щекочет мне шею, пальцы мягко гладят грудь, спускаются ниже.

Я не сразу прихожу в себя. Сознание словно затуманено, и мне кажется, что я еще сплю. Может, это сон? Да, точно сон. Такой реальный, приятный и мучительно-нежный.

Ее пальцы знают каждую точку моего тела, скользят вниз, задевают боксеры.

Сердце стучит громче.

То ли сон. То ли реал.

— Даш… – голос свой хриплый сам не узнаю. Как это…

— Я здесь, Ярик, – мягкий шепот, ее голос чуть надтреснутый, как всегда бывает у Даши, когда она волнуется или хочет близости. – Я соскучилась…

Голова идет кругом от ее запаха и касаний. Мое тело мгновенно откликается, уже не спрашивая разрешения, совершенно без моего контроля.

Горячие губы целуют меня в грудь, потом все ниже, ниже…

Сознание продолжает плавать в липкой дымке сна, я почти убеждаюсь, что она вернулась домой, просто тихо зашла и легла рядом, не будя меня.

И вдруг что-то в мозгу щелкает. Что-то не так. Это не Даша… Она же в больнице с Катей. Как она могла приехать ночью?

Почему я не слышал звонка, как она входила? Почему не помню ничего? Почему так неестественно все это происходит? Чувствую какой-то диссонанс, тревогу, но тело уже давно не подчиняется мне.

Я не могу собраться, слишком взвинчен, возбужден до боли. Сердце мечется, разум панически пытается понять, что происходит, но физически я уже не здесь, не в сознании.

Вдруг до меня доходит, что она делает. Что мы делаем. Сердце холодеет, мысли, наконец, начинают проясняться. Момент прозрения приходит слишком поздно.