Книга Измена. Верну тебя, жена, страница 57 – Ира Орлова, Анна Гранина

Я гнал не выпуская из фокуса глаз точку геолокации жены и думал, что же меня там ждет? Вдруг отомстить решила? Или жизнь с чистого листа начать? А что… Красивая молодая женщина, видная, фигуристая и зачетная! Телка! Любят таких мужики. Ведь по ней видно насколько она охрененна и цену себе знает, как красная тряпка для быка. А быков в столичных пафосных ночных клубах полно. Мне то уж не знать. Сам там завсегдатаем был пока Аньку свою не встретил.

Когда я вошёл в клуб, музыка ударила с непривычки по ушам басами и мощными эффектами. Давно я в таких местах не бывал. С непривычки зажмурился и огляделся, пытаясь уловить глазами зону, где моя жена может быть. Плечом расталкивая беснуюуюся толпу, морщась от смеси запахов пота, парфюма, алкоголя, я поднялся на второй этаж, чтобы видеть всё, и тогда увидел её. Аня. Моя Аня. В чёрном платье, которое облегало её, как вторая кожа, волосы волнами, губы красные, как кровь. Она была красивее, чем когда-либо, но не для меня. Черт! Ведь я действительно забыл какой она может быть.

Она танцевала с мужиком. И вроде бы на первый взгляд все чинно и культурно. Но, я прекрасно знаю чем заканчиваются такие танцы и знакомства. Она мило улыбается, умело двигается и смеется, запрокинув голову. С этим… хлыщом, которому хотелось сломать челюсть. Его рука лежала на её талии, его пальцы касались её, и я почувствовал, как что-то внутри ломается. Ревность — чёрная, едкая, как кислота, — залила всё. Я хотел ворваться, оттащить его, заорать, дать ему в морду, но я стоял, как парализованный, потому что знал — это я виноват.

Я сделал ей больно. Я предал Аню не телом, а сердцем, и это хуже. Она ушла, потому что я заставил её чувствовать себя ненужной, некрасивой, нелюбимой. А теперь она танцует с другим, и я понимаю — она пытается жить без меня. Пытается быть той Аней, что смеялась, радовалась жизни и улыбалась. И я не могу её винить. Но я не могу её отпустить. Да, я чертов эгоист и урод.

Её слова у стены — «Я больше не твоя» — как клинок у сердца, но я видел, как дрожали её губы, как её глаза блестели, не только от злости, но от боли. Она всё ещё чувствует меня, я знаю. И я не сдамся. Я не готов потерять её навсегда. Не готов, чтобы Макс рос без нас, без нашей семьи, без её смеха по утрам, без наших вечеров, когда мы втроём смотрели фильмы, ели пиццу, дурачились. Я хочу это назад. Хочу её назад. И я найду способ, даже если она сейчас ненавидит меня.

Машина останавливается у дома. В окнах тёплый, уютный свет, но я чувствую себя чужаком. Ключи звякают в руке, я открываю дверь тихо, чтобы не разбудить Макса. Мама сидит в гостиной, на диване, с чашкой чая. Её глаза — как рентген, видят всё.

— Ну? — спрашивает она требовательно.

Я сажусь напротив, растираю ладонями лицо.

— Нашёл её, — отвечаю хрипло — Она… была с другим. Танцевала. Я хотел увести ее, но… она ушла. Сказала, что я ей не нужен.

Ощущаю себя пред матерью сопливым пацаном, которому нужно утереть нос. Но… мне нужно хоть немного выговориться. И лгать я больше не хочу. Что скрывать? Да, я мудень и идиот.

Мама молчит, её губы сжимаются, но в глазах — не осуждение, а теплота. Понимание? Я не знаю… я разучился слышать кого-то кроме себя.

— Ты любишь её, — не вопрос, а констатация факта. — Тогда борись. Не за своё самолюбие, а за неё. За Макса. Докажи, что ты их любишь. И что они самое ценное, что у тебя есть. Но не силой, Артём. Делами. Временем. Любовью.