Книга Научи меня любить тебя, страница 27 – Светлана Багрянцева

Амирхан сидел в кожаном кресле, он попросил Амелию уйти, потом предложил присесть у стола в кресло поменьше. — Давайте проясним ситуацию, господин Женре, — начал говорить Амирхан. — Можно просто Тони. Мы теперь родня. Вот надолго ли, это ещё вопрос. — Ну хорошо, Тони, я расскажу суть дела. Вы из Лайдена, там свои обычаи. У нас в Файдже принято давать выкуп семье девушки, ведь мы фактически забираем её, и она становится частью семьи мужа. Я попросил своего начальника службы безопасности, подыскать мне невесту из хорошей, но небогатой семьи. Он нашёл Амелию. Её дядя уверил моего человека, что мама омеги умерла, а отцу она совсем не нужна. Валид привёз девушку на своё попечение после смерти сестры. — Вот же гад, — рыкнул Тони. — Я знал, что Амелия — полукровка, но всё равно решил жениться. Отдал Валиду приличную сумму. Да, у нас не спрашивают, хочет девушка замуж или парень жениться. Обычно старший мужчина в семье находит тебе пару и ставит перед фактом, это отец или дедушка чаще всего. У меня уже нет ни того ни другого, поэтому я сам решил свою судьбу. Я глава семьи Вайрани, есть ещё младший брат Сайран. Бабушка старше, но главой считаться не может, потому что женщина. Что касается одежды, то тут всё просто, детям до четырёх лет разрешено ходить без накидки. Потом её обязаны носить все девушки при посторонних мужчинах. Не я придумывал наши обычаи и не мне их отменять. — А вы понимаете, Амирхан, что, удерживая здесь мою дочь, вы ломаете её судьбу. Она прекрасно играет на рояле, практически поступила в консерваторию. Учителя ей прочили великое будущее, мировые сцены, миллионы слушателей. — У нас женщинам, запрещено на сцену. В кино и театре они тоже не играют. Кино закупаем в других странах. Но мы не варвары какие-то. Есть институты с отдельным входом. Женщины становятся учителями, врачами и даже учёными с мировым именем. Я разрешил Амелии учиться. Она уже зачислена в нашу консерваторию. Ваша дочь будет учитель игры на фортепиано, большего я ей дать не могу, мне законы страны не позволяют. — Странные у вас законы, — буркнул Тони. — Не менее странные, чем ваши. В каждом конкретном государстве свои правила и обычаи другой страны ему кажутся чужды. Сколько у вас есть времени, Тони? — Я взял отпуск на месяц. — Вот и славно. Погостите у нас, пообщайтесь с дочкой. Я вас уверяю, её тут никто не обижает. Амелия подружилась с моим братом. На бабушку внимание можно не обращать. Как говорит моя жена: старческая деменция и прочие прелести её возраста. Разумеется, Амелия утрирует, но сделаем скидку на года бабушки, — улыбнулся Амирхан. — Хорошо, готов забыть недавнее недоразумение. Спасибо за гостеприимство, Амирхан. Должен всё же предупредить, если по истечении месяца Амелия захочет уехать со мной, я её заберу, если нет, она ваша. — Условие, не применять к ней шантаж и запугивание. Пусть она сама решит, жить со мной или уехать, — сказал Амирхан строгим тоном. — Согласен. — Вот и славно, сейчас позову Амелию, наверняка, вам есть о чём поговорить. Тони не ожидал, что его оставят тут на целый месяц. Амирхан оказался более адекватный, чем его бабушка. Нужно ещё глянуть, что там за братец, но если Амелия с ним подружилась, значит, не такой уж он плохой.

Служанка принесла чай и булочки прямо в беседку. Амелия с отцом расположились в креслах у журнального столика. — Что сказал Амирхан? Велел побыстрее убираться отсюда? — взволнованно спросила девушка. — Твой муж будет поумнее его бабушки. Он разрешил мне погостить здесь, пока я в отпуске. Давно не отдыхал, взял месяц, — улыбнулся отец. — А как же твоя жена и дочь с сыном? — Без меня справятся. Я сказал, что уехал в санаторий, а сам к тебе. — Вот как? — искренне удивилась Амелия. — Да. Я хотел попросить прощения, что год не появлялся у вас. Работал как проклятый, жена кричала, чтобы я поскорее кредит за дом закрывал, а ещё вам какие-то деньги перечислять нужно было. — Когда мама написала тебе, ты даже не соизволил приехать и попрощаться с ней. Ты нас не любил никогда? — в глазах девушки блеснули слёзы. — Любил, а тебя до сих пор люблю, иначе бы не стал искать. Я тебе кое-что покажу. Папа достал телефон, потыкал в него пальцем и подал. Амелия увидела на экране сообщения, которые были подсвечены красным. Это означало, что кто-то их стёр, но через техническую поддержку сделали восстановление всей переписки. Теоретически сообщения мог и отец удалить. — На крышку телефона глянь. Девушка перевернула гаджет, на всех электронных изделиях выбивали мелким шрифтом дату производства. — Он совсем новый, два месяца с даты изготовления, — Амелия выпучила глаза от шока. — Это новая модель. Поступила в продажу сразу с конвейера. Я купил телефон чуть больше месяца назад, мой старый сломался. Попросил восстановить переписку, а там такое. Сразу понял, кто это мог сделать. Устроил Марте скандал. Ты мне веришь, дочка? — вопрос отец задал умоляющим тоном. Амелия посмотрела в его глаза и внезапно поняла, папа не врёт, он действительно не читал сообщения от мамы. — Верю. Алчные до денег дамочки на многое способны. Вот скажи, ты бы ринулся помогать нам деньгами? — Разумеется. Я бы не оставил вас в такой беде, — заверил отец. — Вот тебе и ответ. Я одного не пойму, зачем ты ей нужен был изначально? Это сейчас у тебя хорошая должность и зарплата, а раньше нет. Не хочешь расстаться с Мартой? — Куда мне уходить? Дом два года назад на дочь переписали. Марта настояла, мы всё равно не вечные, а так ей не нужно будет ждать время, чтобы наследство получить. Я как дурак повёлся. Теперь уже двое детей у нас, — вздохнул отец. — У вас или у неё? — усмехнулась девушка. — Это ты о чём? — Мама перед смертью мне призналась, что видела твою дочку, та ни капли на тебя непохожа. Вот даже ни одной чёрточки нет. А ещё мама хотела тебя остановить, чтобы ты не ушёл из семьи. Оказалось, твоя Марта тоже у госпожи Вироно рожала. Чистое совпадение, но зато это дало возможность узнать, что женщина родила здорового девятимесячного ребёнка всё по срокам день в день. Потом мама подумала, что не будет перед тобой унижаться и вымаливать вернуться. У неё на работе был мужчина, который ей в любви признался, вот с ним она и начала встречаться, сказала, для взаимного удовольствия. — Как это девятимесячного ребёнка? Если посчитать, мы с Мартой тогда ещё не встречались даже. Когда она родила, заявила, что дочка недоношенная, восьмимесячная, но с ней всё хорошо.