Книга Ты разрушила нашу семью, страница 56 – Наталия Ладыгина

— Я тоже приеду. Скажи, какая больница.

* * *

— Он пришел в себя, — это то, что я хотела услышать. — Вы можете с ним поговорить. Только не утомляйте его. У него уже была полиция.

— Спасибо большое, — улыбаюсь женщине врачу и спешу к его палате, в которую вхожу очень медленно, словно боясь.

Увидев мужа на больничной койке, с перебинтованным плечом, я шумно и облегченно выдыхаю.

Его глаза закрыты, но когда я закрываю за собой дверь до щелчка — он распахивает глаза.

— Моя девочка… — хрипит он, и я спешу к нему, усаживаюсь на край широкой кровати, наклоняюсь к нему насколько мне позволяет живот.

— Игнат, — прикасаюсь к его плечу, что цело.

— Не плачь… Я цел.

— Нет, Игнат, ты не цел. В тебя стреляли! — чуть повышаю голос. — Это… это она, да?

Игнат поднимает взгляд в потолок, рвано выдыхая.

— Ты сказал об этом полиции? Я знаю, что они уже были у тебя.

— Конечно, сказал. Пистолет у них, запись с камер тоже.

— Ее уже схватили?

— Нет. Ее нет. Мила и Денис дома одни.

— Так она… просто сбежала?

— Скорее всего.

— Мерзавка… Какая же она мерзавка… — прикрываю глаза, шипя. — Выстрелила и сбежала!

— Она хотела убить. Я уклонился, она попала в плечо и, кажется, перепугалась. Хотя вроде как была готова. Она даже аборт сделала.

— Что?

— Готовилась к тюрьме. Она совсем спятила. Когда ты… — прикрывает глаза, ему тяжело говорить, — когда ты позвонила, она как раз держала меня на прицеле, и я понял…

— Что ты понял?

— Как сильно обидел тебя. Я боялся, что больше никогда тебя не увижу.

Смаргиваю слезы, всхлипывая.

— Игнат, я… я люблю тебя. Я бы не вынесла если…

— Т-ш-ш-ш… — Игнат поднимает руку, касается моего лица. — Мы не расстанемся. Обещаю тебе. Никогда.

Дверь палаты распахивается. Мы с Игнатом видим его дочь и еще одного юного молодого человека, который, должно быть, его сын Денис.

— Папа! — Мила забегает с другой стороны койки и, присев на ее край, хватает отца за руку. Слезы ручьем у нее. Они настоящие. Очень переживает девочка. — Как ты?

Парень стоит чуть в стороне и смотрит грустно, сдерживая эмоции.

— Все нормально, жить буду, — сообщает Игнат своим детям, сжимая руку дочери. — Мать не объявлялась?

— Нет. Она куда-то пропала. До нее не дозвониться. Пап, пожалуйста, скажи, что она не хотела тебя убивать… Она…

— Я не знаю, что в голове вашей матери, — отвечает Игнат. — Она и сама, наверное, не понимает.

— Ее надо найти, — говорит Денис, сложив руки на груди.

— Этим занимаются, Денис, — отвечает сыну Игнат и смотрит на меня. — Ты не знаком с Дарьей. Даша, это Денис — мой сын. Я должен был давно вас представить, но…

Парень неожиданно подходит ко мне и протягивает руку, которую я неуверенно пожимаю. Мила наблюдает за этим, но когда замечает мой взгляд на себе, сразу отворачивается.

— Полиция думает, что мама может со мной связаться, — произносит Мила. — Но она правда мне не звонила. Я не стала бы ей помогать.

— Я тебе верю, — отвечает Игнат. — Просто успокойтесь. Ее обязательно найдут.

— И что, потом ее посадят в тюрьму?

— Я не знаю, Мила. Думаю, ее буду проверять. Возможно, она больна.

— То есть она сошла с ума?

— Не знаю… — прикрывает глаза Игнат. Тяжело ему. — У вас дома все хорошо?

— Как может быть хорошо, когда мать пыталась убить отца? — бросает Денис. — Но вообще — да, мы справляемся. Мы уже не дети.