Книга Этюд в сиреневых тонах, страница 213 – Тиана Соланж

— Та-кой…же, — сиплым голосом повторила за ним, смаргивая очередные соленые капли с ресниц. Подняла голову, встречая его взгляд, в котором… нет, ничего не было. Ни капли раскаяния или… я не знаю, что хотела в них увидеть, но это стало последней каплей.

Вскинула подбородок. Я — дочь своего отца! Я — Сокольская! И никто, никто! Не смеет! Оскорблять! Меня!

— Какой такой? Глупой? Доверчивой? Вновь поверившей, что может быть иначе? — мои губы изогнулись в ироничной улыбке, но, сколько за ней было скрыто боли. — Верно! Я — такая. Была. Есть. И буду. Всегда! Извини, что заставила тебя поверить, что стану другой. Что заставила твоих родителей поволноваться, — получилось неискренне, но извиняться за свой тон я не стану. Нужно просто найти в себе силы, чтобы уйти с гордо поднятой головой, а не…. — А знаешь, спасибо тебе за все. Ты помог мне в очень трудной ситуации, но в очередной раз напомнил, кто я, — я улыбнулась, а Север опустил взгляд. Я заметила, как он сжал кулаки, что костяшки на пальцах побелели, а на скулах проступили бледные пятна. Слезы у меня по-прежнему катились по щекам, а в горле стоял ком.

— Почему… ты не сказала, что… возвращаешься к нему? — вдруг хрипло спросил он, — перехватывая меня за локоть и разворачивая к себе. — Почему мне просто не сказала, а…, — он резко отступил, спрятав руки в карманы, будто, ему стало противно касаться меня?

— О чем ты? — прошептала я, глядя ему в глаза. — Не понимаю…

— Как же легко! Не-по-ни-ма-ю, — по слогам проговорил он, криво усмехаясь. — Я встречался с о… твоим отцом, — глухо произнес он, а я едва не задохнулась от ужаса. Хотела броситься к нему, чтобы спросить, что наговорил ему отец? Что он сказал такого, что Север… мой Север…. — Он рассказал, что ты возвращаешься к… нему. Почему ты не сказала мне?!

— К нему?! — прохрипела в ответ, отшатываясь от мужчины, как от чумного. Не было нужды спрашивать, о ком шла речь. Отец никогда не сворачивает с пути, если видит цель и выгоду в ней. Но почему же ты так легко поверил ему, а не мне? — кричал мой взгляд, но ответа у меня не было. Зато стало понятно отношение не только Толика, но и Севера. Только вот… Анатолий дал мне шанс, а Север — нет.

План созрел мгновенно, и я отступила на шаг, гордо вскидывая голову и стирая предательские капли со щек.

— Почему? — рвано передергиваю плечами, словно сбрасываю с плеч тяжелый груз. Со стороны этот жест кажется знаком равнодушия, ну и пусть! — Не хотела, чтобы ты… тебе было плохо, и добавлять новых проблем не стала, — я заметила, как побледнел Север, как отшатнулся от меня, все еще не веря моим словам. Прости… прости, любимый, но не я начала эту… игру. Но закончить ее так, чтобы ты был… счастлив, необходимо мне. А отец и Бахтияр? Они как-нибудь переживут… без меня. — Твои приступы стали проявляться чаще, и отнимать у тебя последние дни жизни… бесчеловечно. Потому и промолчала…

Выше голову, Саша! Прочь слезы! Улыбнись, даже, если сердце медленно умирает в груди. Он не должен видеть больше твои слезы. Никогда!

Я попыталась выдавить насмешливую улыбку, а потом повернулась, заметив, что к нам спешит Анатолий. Пора!

— Да, мне понравилось проводить с тобой время, но… ты прав. Я никогда не откажусь от комфортной жизни, да и мне хотелось проверить на прочность чувства жениха, — произнесла как можно равнодушнее и холоднее. — Хотела знать, долго ли он продержится без меня, ведь… свадьба дело нешуточное, — звонко рассмеялась я, разводя руками.