Книга Я не я, страница 97 – Аисс Виал

— За ТО, чего никогда не иметь Вильгельму! Денег, славы на века, власти над миром ему никогда не иметь!!! Только Британии должно иметь всё это!

— Если этому и суждено случиться, то лишь из-за таких, как ты! Сребролюбец! Значит, исчезновенье Маккоула дело твоих рук, ничтожество?! — неуклонно повторяющийся скрежет стали заглушал слова противников.

— Моих! — довольным голосом подтвердил изменщик. — Его я первого лишил какой бы то ни было радужной надежды, как фаворита короля Шотландии. Это был первый удар Вильгельму! — на этом выпаде речей, Ленокс перехватил инициативу в бою, теперь Локсли пришлось нехотя отступать. — Маккоулу я уготовил расправу изощрённее смерти, ему придётся медленно сгнивать в пекле Востока! Ну а тебе — видать, в земле! — с угрозой Ленокс, действительно, просто чудом не осуществил задуманное — его меч за малым не сразил Морая. Локсли в последний момент увернулся, но остриё предательского оружия хорошо полоснуло его предплечье. Алая кровь проступила сквозь ткань нижней туники. Эта рана лишь взбудоражила мятежный дух Морая, он с новыми силами набросился на перебежчика.

— Торопишься мечты сделать явью!

Град ударов самоотверженного Локсли обрушился на изменника, заставляя Ленокса вспомнить, что у него есть щит. Только распалённому Мораю удалось быстро выбить эту защиту из рук предателя. Будучи честным даже в бою, он сам откинул свой геральдический заслон, схватил двумя руками рукоятку своего клинка и нанес первый точный удар Леноксу:

— Это за Дункана Маккоула, моего друга!

Внушительная рана пришлась в бедренную часть правой ноги здоровяка. Последний покачнулся, зарычал от боли, словно зверь, но не стал отступать. Наоборот, раненый следом попытался запугать Морая боевым закличем варяг. Но уловка была лишней — одержимый возмездием доблестный Локсли нанес последний смертоносный удар:

— А это за попранную честь Шотландии!

* * *

Как бы ни храбры были в этом бою шотландцы, победа, как и пророчил поверженный Ленокс, принадлежала англосаксам. Потерь было много, треть армии горцев не увидела следующего рассвета, десятая доля врагов навеки осталась в земле северян.

Вильгельм был вынужден ради мира согласиться на грабительские условия противника и вернуться в Эдинбург уже без громкого титула короля Шотландии, вдобавок терпеть в своих владениях диктатуру молодого властителя Британии. Всё это ему пришлось сделать, дабы не лишиться последних армейских сил и тайно укрепить веру подданных в то, что лучшие времена для Шотландии непременно еще настанут!

Король без короны — Вильгельм, понурый и отрешённый, возвращался в Эдинбург с остатками своей армии. Среди них в строю мелькал и Морай Локсли. Он один из немногих, кто держался обнадёживающе, рассудительно и примерно для вассала. Он оказывал помощь раненым; как мог, подбадривал горцев словом и искал в строю удручённых воинов единомышленников, готовых делом послужить ещё Вильгельму.

Разбитая армия шотландцев в вечерних сумерках приближалась к Крейгмиллару, и Локсли не удержался — позволил себе выспросить у Вильгельма разрешение посетить замок Маккоулов. Неожиданная просьба Морая вывела главнокомандующего из глубокого раздумья:

— Я думаю, тяжелораненых будет уместно расположить в цитадели Маккоула да и мне не мешало бы отвлечься от грустных мыслей и принести лично соболезнования всем леди Маккоул за исчезновение друга, наконец взглянуть на супругу Дункана и выразить ей надежду на его скорое возвращение. Очевидно, я был не прав, когда не внял твоим доводам и не предпринял попытку разыскать его в Аравии. Боюсь, сейчас будет поздно, что-либо предпринимать по его вызволению. Казна моя пуста… власть ограничена…