Книга Стражи Пограничья, страница 6 – Елена Саттэр

Я грустно хмыкнула:

— Чует мое сердце, что со своими тупо сформулированными желаниями, умудрилась получить я его магию— вспомнила я свое феерическое висение над Невой.

Лягух сглотнул, обошел меня кругом, настороженно всматриваясь внутрь меня, любимой:

— Вот не хотелось бы. Только как проверить?

— Да проще простого, — я, не задумавшись, сделала то, о чем завопили внутри меня магические инстинкты,— дотронулась до фамильяра рукой и выкрикнула: — Исправить.

Лягух не успевший даже пискнуть, превратился в светящийся шар.

Когда магическое пламя исчезло, я, хлопая глазами, уставилась на творение своих рук.

Ёлки зеленые! Разве такое в природе встречается?

Лягух так и остался лягухом, только…

Во-первых, раз в десять вырос и был мне теперь по колено. Весить к тому же стал, я прикинула на глаз, килограмм не меньше десяти. Чрезвычайно накачанный, откормленный лягух, который теперь будет прыгать пешком. Я такого на руках точно не утащу.

Во-вторых, он оброс белой пушистой шерстью. Причём на теле она была короткая, а на голове напоминала гриву льва, которая белоснежной волной спускалась до земли.

Онемевший Ляша в растерянности осматривал свои лапы, пушистое пузико, глянул куда-то между ног, потом ощупал голову.

— Ты чё наделала, криворукая? — Наконец у него открылся дар речи. — Ты в кого меня превратила?

Я честно от такой наглости обомлела. Из склизкого зеленого доходяги я превратила его в пышущее здоровьем земноводное, с такой роскошной шевелюрой, хоть на рекламу шампуней отправляй, а он меня еще и поносит.

— Всё-таки оказалась ты исправителем- мудрителем,— обреченно пробормотал лягух и тяжело вздохнул.— Ой беда, беда! С такими хозяйками, как ты, долго и счастливо не живут. Не повезло мне, однако.

Я посмотрела недоуменно на свои руки и спросила:

— Ты мне можешь по-человечески всё объяснить?

Ляшка тяжело вздохнул, сорвал растущий рядом лопух, положил лист на землю и усадил на него свою пушистую попу:

— В тебе проснулась магия исправителя сути. Тех кто аурой алой пылает, менять можешь. Внутри он одно— снаружи другое.

Ты что думаешь, я не страдал от своей внешности? Думаешь, ты одна ко мне приставала, почему я такой зеленый и склизкий? Да, все кому не лень! – Лягух пустил длинную тягучую слезу с соплёй. Высморкался в лопушок и продолжил.

— И, конечно, думал что принц я скрытый. А оказывается, вот, — и он указал лапкой на себя: — белый и пушистый, а не королевич вовсе. Вот лучше бы ты меня не исправляла. Я бы холил надежду, что найдется та, которая поцелуем превратит меня в прекрасного принца, — опять разнюнился Ляшка.

Мне даже стыдно стало.

— Ну ,хочешь, я тебя поцелую? — пожалела я лягуха. Я всегда жалостливая была. На мне, говорили, в больнице все больные ездили.

Бедный волшебный зверь даже отпрыгнул в сторону:

— Анжейка, ты чего?

— Да я исправить хочу, может, ты от поцелуя истинной любви в принца превратишься и женишься на мне, и будешь уже ты меня на руках носить и защищать, — поднялась я с пня и решительно направилась в сторону своего фамильяра.— Давай, может получится.

Я в прошлой жизни всё сама должна была делать. Ну не было у меня широкой мужской спины, на которую я могла забраться. А тут такой кандидат, может венценосный , шею свою подставляет.