Книга Генерал драконов. Его лекарка-попаданка, страница 28 – Татьяна Озерова

Он подозвал к себе помощника и больше не смотрел на меня, явно дав понять, что разговор закончен.

Я стояла и смотрела на его несгибаемую спину. Внутри что-то горячее поднималось от груди к горлу, не злость даже, а беспомощность.

Мне бы радоваться, что меня оценили. Но, к сожалению, это меня только пугало.

Разговор с моими новыми помощницами и Ольдриком явно дал понять: если я буду отказываться или настаивать, то вызову лишь подозрения.

Всё. Генерал решил и приказал. Дальше всё развернулось по его слову без возможности что-то изменить.

Мне ничего не оставалось, как пойти обратно. Расспросив всё у помощниц, их имена были Олла и Берта, похвалив их за то, как они всё удобно и ловко разложили, и понятно мне объяснили, я отпустила их.

Вошла внутрь. Села на край роскошной кровати и обхватила плечи руками.

Я думала, что я затеряюсь в огромной армии. Но теперь меня выделили. Окружили охраной и заботой, от которой я не могла отказаться.

Бой шёл настолько тяжёлый, что в мыслях стучало одно. Хвала всем богам, у меня теперь есть это всё. И фургон, и все эти многочисленные снадобья и инструменты.

Без этого всего я бы не справилась.

Ко мне приносили раненых драконов. Я работала руками и даром, не успевая поднять головы.

Диагностика. Ожоги. Разорванные магические каналы. Кристаллы, инструменты, магия.

Жить будет. Следующий.

С каждым спасённым драконом, которого уносили на носилках, я повторяла про себя одно и то же: спасибо генералу. За сундук. За повозку. За женщин, что подавали инструменты и так ловко ассистировали мне.

Без всего этого я многих не успела бы спасти. Они бы умерли у меня под руками. А так я успевала. Не всех. Но многих.

Но бой нарастал. Раненых становилось больше. Те, кто нёс их, уже не справлялись с потоком. Расстояние от поля до моей повозки стало слишком большим. Кому-то отрава и террангум не давали этого расстояния. Они умирали по дороге.

Каждая потеря била в меня тупым, глухим ударом, в самое основание души. Я чувствовала, как дар внутри меня мечется, рвётся туда, где уже ничем не поможешь, и бессильно опадает.

Не успела. Снова не успела.

— Я иду на поле.

Меня не удерживали. Несколько гвардейцев встали вокруг. Помощницы пошли со мной.

Мы вышли в самую гущу.

Поле было страшным. Запах крови и горелой плоти висел в воздухе такой плотной пеленой, что казалось, его можно потрогать. Крики, рёв, лязг металла — всё это гремело где-то впереди, совсем близко, но я не смотрела туда. Моё внимание было поглощено теми, кто лежал на земле.

Слишком много… Я опускалась на колени. Юбка промокла сразу, холодом обожгло ноги, но тело уже не чувствовало холода. Только дар.

Диагностика — секунда, решение — следующая.

Этот — живой, работаю. Этот тоже жив ещё. Спасла. Этот — уже нет. Дальше.

Я заставляла себя двигаться быстрее. Не думать о тех, кто уже не дышит.

Ещё есть те, кто жив. Спасать. Только это.

Гвардейцы нерушимой стеной окружали меня. Кто-то выкрикивал носильщикам направления, распределял поток раненых. Другие не спускали глаз с пространства вокруг нас, и я знала: если сейчас из дыма выскочит кто-то чужой, он ляжет на месте, не добежав.

Помощницы подавали флаконы и кристаллы в ту секунду, когда моя рука тянулась за ними. Высвобождали мне время.