Книга Не королева, страница 67 – Екатерина Флат

Сон походил на рваное одеяло из лоскутков. Словно кто-то могущественный искромсал мои воспоминания, а потом попытался их соединить, при этом выбросив все самое хорошее и светлое. Обрывки сновидения мелькали один за другим, и в каждом Дарелл меня ненавидел.

Все начиналось с нашей первой встречи дома у моих родителей и заканчивалось последней, когда мир для меня в одно мгновение рухнул. И если наяву такое решение Дарелла было неожиданным, то во сне все получалось закономерным. Он ненавидел меня изначально. За то, что навязали ему в будущие супруги. За то, что я посмела его обмануть. Пусть в его глазах я была все же лучше Уллы, раз он предпочел меня. Но это лишь по принципу «выбрать меньшее из зол». Во сне Дарелл говорил об этом откровенно и безжалостно.

И если все остальные воспоминания сон коверкал, то последнее оставлял неизменным, заставляя меня раз за разом переживать этот жуткий момент. Я поняла, что люблю, я отказалась от заветной мечты ради Дарелла, я вернулась к нему… А в ответ получила лишь ледяное презрение.

Стоит ли говорить, насколько этот кошмар измучивал меня. И если сначала он порождал жалость к самой себе, то неизбежно перерос в ненависть. Нет, я ненавидела не Дарелла. Его я просто не могла возненавидеть, хотя и отчаянно пыталась. Я ненавидела себя. За то проклятое чувство, которое стало для меня таким радостным откровением, а в итоге обернулось сущим проклятием. Да, несмотря ни на что, я любила Дарелла. И за это себя ненавидела.

Вот и в гильдии ничего не изменилось. Даже заветная мечта не смогла перебороть этот ужас последнего времени. Кошмары преследовали меня каждую ночь, словно проверяя, сколько я еще выдержу до того, как все-таки сойду с ума.

Но, к счастью, провидение смилостивилось надо мной, подсказав выход из ситуации.

Это произошло через неделю после того, как я прибыла в гильдию. К тому моменту я уже более-менее вошла в колею учебного процесса и старательно пыталась наверстать упущенное. Даже не ради знаний. А просто для того, чтобы отвлечься от гнетущих мыслей и снедающей меня тоски.

И вот, состоялась примечательная лекция. Пожилой маг, имя которого я пока не запомнила, пусть и крайне занудно, но поднял до бесценного важную для меня тему.

— Вы знаете, чем маг отличается от обычного человека, кроме владения магией? — говорил он, не спрашивая, а самим своим тоном констатируя, что глупые ученики, естественно, этого не знают. — Маг может управлять самим собой. Этому учились еще наряду с боевой магией. Ведь одним из залогов победы в бою было отсутствие эмоций. Маг может не ведать страха, боли, жалости — да вообще всех чувств и эмоций, которые порою мешают выполнению его цели. И хотя тема нашей сегодняшней лекции исключительно боевая магия, но и кое-какие другие аспекты мы тоже рассмотрим. Итак, — он оглядел внимательным взглядом аудиторию, — кто мне скажет, почему была запрещена боевая магия?

Знали, наверняка, все, но руку поднял лишь долговязый парень с первого ряда. И получив разрешение на ответ, вдохновенно затараторил:

— Боевую магию запретили боги после того, как столкновение враждующих магических кланов во время войны Забвения едва не привело к уничтожению человечества.

— Хорошо, — преподаватель кивнул, — допустим, так. А каким образом этот запрет осуществлялся?