Книга Не королева, страница 94 – Екатерина Флат

— А потом папа вернулся с войны, и вы были счастливы? — полуутвердительно спросила я, не сомневаясь в таком финале.

Ответ мамы меня ошарашил.

— Нет, Элина, — она грустно улыбнулась, — тогда-то и начался самый тяжелый период в нашей жизни. Да, твой отец вернулся с войны. Точнее, его привезли. Из-за ранения он не мог ходить, и все целители скорбным хором уверяли, что никогда не сможет. Это произошло буквально в последнем из боев, на исходе которого Арвидия и Ардан все-таки заключили мирное соглашение. Узнав, что останется навсегда калекой, Ингвар перестал мне писать и на мои взволнованные письма, само собой, не отвечал. А я буквально с ума сходила от беспокойства. И вот, твой отец приехал домой, — мама некоторое время молчала, видимо, пытаясь совладать с охватившими ее чувствами. — Он сразу же потребовал расторжения нашего брака, но я не согласилась, хотя моя жизнь превратилась буквально в кошмар наяву. Я любила твоего отца и готова была до конца дней быть рядом с ним. А он… он старательно демонстрировал мне отчуждение и даже ненависть. Каждым своим словом нарочно пытался причинить как можно больше боли. Он буквально вынуждал меня сдаться, согласиться на расторжение брака и уехать. За мной остался бы титул графини и столь щедрое содержание, что хватило бы для роскошной жизни в столице. Да и снова выйти замуж я вполне могла, теперь уже по своему выбору. Но я не сдалась. Потому что верила. Верила, что за этой напускной ненавистью скрывается все тот же человек, которого я полюбила, пусть и на расстоянии. Я прекрасно понимала, почему он так себя ведет. Он всего лишь хотел освободить меня. Ведь рядом с ним, немощным сейчас, по его мнению, я никогда не стала бы счастливой… В книгах о любви всегда писали как о красивой сказке, но для себя я уяснила одно: любить — это значит бороться и прощать. И никак иначе.

Маленькая свечка все же догорела. Так что окончание маминого рассказа я слушала уже в полной темноте.

— В итоге сдался он. Не буду говорить, что моя любовь стала чудодейственной силой и исцелила его. Нет. Твой папа справился сам. Он победил недуг одной лишь силой воли. С тех пор мы никогда не вспоминали о тех невыносимых месяцах, когда он пытался прогнать меня от себя. Мне не нужны были его извинения и просьбы простить его за всю ту боль, что причинил. Зачем? Я была счастлива, ведь он был рядом со мной, он любил меня. И эти чувства по сей день не померкли. Ради этого, Элина, стоило пережить и ненависть, и боль. Но даже если бы я точно знала, что он не любит меня и никогда не полюбит, я бы не сдалась. И только уверившись в его счастье, покинула бы его. Ты спрашиваешь, как можно любить человека, который тебя ненавидит. Точно так же, как любят того, кто тебя боготворит. Если действительно любишь, то не столь важны чувства, которые получаешь взамен. Счастливой любовь делает не взаимность, а счастье любимого.

Мама замолчала, и я не стала нарушать царящую тишину. Все-таки услышанное заставило на многое взглянуть с другой стороны.

Спрятанный под одеждой эмельдир по-прежнему излучал умиротворяющее тепло. Вот ведь странно, само чувство уже не существовало, а этот удивительный камешек упрямо хранил его частичку.

— Мам, пойдем домой, — как можно бодрее сказала я, поднимаясь с диванчика, — и вправду холодно здесь. Да и поздно уже, надо успеть выспаться, все-таки мне завтра с утра пораньше в дорогу.