Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 90 – Анна Солейн

А тут еще и сенатор Бивер, которого я “чудесным образом” исцелила.

Что ж.

Это в самом деле объясняло очень многое. Кроме того, почему Ашер все-таки решил следовать моей программе лечения, которая в этом мире считалась по меньшей мере эксцентричной. Я отвернулась от Ашера и открыла рот.

“Это совершенно никуда не годится! — воскликнул Шеррил. — Эта… эта шарлатанка! Я все доложу его величеству! Ваша светлость, вам необходимо срочно вернуться в кресло — и ради бога, закройте окно!”

“Чтобы задохнуться?” — не удержалась от шпильки я.

“Чтобы не простудиться, милочка! И вы бы об этом знали, если бы были настоящей целительницей!”

Всплеснув руками, Шеррил бросился к окну и принялся задергивать шторы.

Я скрестила на груди руки.

Отлично.

“А это вам зачем?”

“Не гневите бога! Темнота и тишина благословенны всевышним и прописаны всем больным! С любыми хворями! Они положительно влияют на спокойствие нервной системы, а еще…”

“Вызывают желание повесится”, — перебила я.

Как же, влияет темнота на спокойствие. Дурацкие суеверия! Сколько я ругалась по этому поводу с Метьюзом? Я даже его в конце концов переспорила и убрала к чертям собачьим из больницы все шторы. А тут мне какой-то столичный хлыщ будет указывать!

Ашер за моей спиной тихо засмеялся.

Я возмущенно обернулась и схватила со стола канцелярский нож.

Ноги моей здесь больше не будет!

“Что за варварство! — возмутился Шеррил. — И… зачем вам нож!”

“Она им била меня по коленям”, — нажаловался Ашер.

“Что?!”

“И заставляла сидеть с открытым окном”.

“Что?!”

“В дождь”.

Стукач.

“Это уму непостижимо! Ваша светлость, ваше здоровье и так хрупкое! Необходимо беречь его! Закрыть окна! Завесить шторы! Вернуть дым можжевельника! И как можно меньше двигаться!”

“Чтобы гарантированно отойти в мир иной и предварительно хорошенько задолбаться в этом?” — поинтересовалась я.

Кажется, для Шеррила это стало последней каплей.

Он обернулся ко мне с таким возмущением на морщинистом лице, что казалось, вот-вот лопнет.

“Это уже ни в какие ворота не лезет! Напомните, милочка, как ваше имя?! Помяните мое слово — я напишу императору обо всем, что здесь увидел, и целительницей вы больше работать не сможете!”

Боже.

На лице Мортимера, который стоял у двери, начала расплываться жабья довольная улыбка.

Сердце пропустило удар, и рухнуло в пятки.

Нет. Этого быть не может!

Он ведь в самом деле способен это сделать! Метьюз будет вынужден меня уволить, и тогда…

Шеррил смотрел на меня с видом триумфатора, когда за моей спиной раздалось короткое:

“Нет”.

Я, Мортимер и Шеррил разом посмотрели на Ашера.

Тот уже успел надеть рубашку, вернуть повязку на глаза, и теперь сидел на кушетке так же, как сидят на троне: с идеально прямой спиной и поднятой головой.

“Прошу прощения? — ошарашенно пробормотал Шеррил. — Но ваша светлость…”

“Целительница Уэйн остается”, — сказал Ашер так коротко и весомо, что никто из нас не посмел возразить.

В этот момент я поняла, как этот дракон был способен командовать армией и в одиночку одолеть матку ифритов.

А еще сообразила, что этот тон, властный, тяжелый, удушающе повелительный, я слышу от него впервые — хотя порой мы с Ашером не раз и даже не десять раз спорили до хрипоты.

Потом я так и не удосужилась спросить у Ашера, что было у него на уме, когда он отсылал Шеррила обратно в столицу. Мортимер с тех пор смотрел на меня так, как будто я лично всадила ему в спину нож.