Книга Песнь безродного, страница 83 – Карина Володина

Мы ждём загадочного Беттерса Кюля во дворе академии около получаса. Аудитории в расписании обозначено не было, только «внутренний двор». Идёт сильный дождь, почти ливень. Мы прячемся под потолками внешней галереи, опоясывающей двор буквой U, – и начинаем подозревать, что что-то пошло не так.

— Это что-то по-французски, Элиза? – интересуюсь я.

На Элизе белоснежный спортивный костюм, штаны заправлены в перешнурованные тёмной зеленью чёрные ботинки – странноватое сочетание. Но расставаться с традиционной обувью Элиза явно не собирается ни на секунду.

— Конечно, это не по-французски, Алин! – морщится Элиза. – Было бы очень странно, если бы… В общем… Я просто сказала Сильви, что его фамилия похожа на одно французское слово. И всё!

— И что же означает это французское слово? – улыбаюсь я.

— Ну оно…

— «Задница», – безжалостно перебивает Сильвана. – Хотите прикол? Я гуглила эту фамилию и ни хрена не нашла. Чувак реально взял псевдоним «Задница».

— Главное, чтобы эта… кхм… этот «кюль» не настал нам, – тяжело вздыхает Флорин. – Алин, мы точно там, где нужно? Может, здесь есть ещё внутренний двор?

— Я таких не видел, – качаю я головой. – Ферка? Ферка. Ферка!

Ферка, отнёсшийся от нас на добрый десяток метров, вздрагивает и вскидывает на меня взгляд. Ферка не пришёл ночевать в апартаменты, зато уже стоял утром здесь, под каменным навесом. Одинокий и трагичный, но – о чудо – с чистой головой и в относительно приличной спортивной одежде. Ферка даже не соизволил нас поприветствовать. Не могу сказать, что меня это сильно расстроило.

— Да? – равнодушно спрашивает он.

— Здесь есть другие дворики?

— Нет.

— Может, пойти в дирекцию? – нетерпеливо говорит Тома. – Это какой-то бред. У нас потом Гросс и её… какие у неё очередные основы, Алин?

— Этикета, – отвечаю я. Александра Гросс, рыжеволосая инструкторша из рода Томы, стоит у нас третьей и последней парой, а перед ней – две «основы физической подготовки» с этим Беттерсом Кюлем. Который готовить нас не спешит.

— …этикета. Если из-за этого чёрта мы опоздаем на первое занятие по этикету…

— У нас есть Алин, – говорит Флорин вдруг. – Алин, ты ведь с ним разберёшься? Он должен послушать старосту.

Похоже, Флорин считает, что у меня появилась некая власть – и что я буду благородно ею пользоваться, чтобы отстаивать все интересы одногруппников.

— Если он меня послушает, то обязательно разберусь, Флорин, – обещаю я, старательно на него не смотря.

Флорин весьма своеобразно подошёл к выбору формы на занятия физкультурой. Узкие короткие штаны, легинсы – не легинсы, бриджи – не бриджи, но обтягивающие его худые ноги, как вторая кожа. Такая же узкая и, кажется, готовая разойтись по швам от одного неловкого движения спортивная майка, обнажающая руки-веточки и пугающе выпирающие ключицы – в принципе, неплохое телосложение для охотника, полнокровник десять раз подумает, прежде чем укусить такое. На полноценный обед Флорина не хватит – так, на аперитив.

— Ферка, у тебя есть номер Листера? – не успокаивается Тома. – Дай нам номер Листера. А лучше… Алин, позвони в дирекцию. Скажи, что никто не приходит. Или пошли в дирекцию сами. Кто-то должен что-то сделать.

— Так чего ты хочешь? – спрашивает Ферка устало. – Номер Листера, дирекции, поход в дирекцию? У Алина есть номер. Где дирекция, вы знаете. Но там вам ничего не скажут – Кюль постоянно опаздывает.