Книга Сколько волка ни корми, страница 206 – Карина Володина

— Нет, – хрипло говорит Сивер. – Нет, Бая, никуда ты не…

— Это ты – «никуда не», – спокойно отвечает Бая, поднимаясь на ноги. Смотрит на вершину холма: не вернулись ли туда любопытные сторожащие, которых она отослала на время за границу?

Не вернулись.

Хорошо.

— Никто «никуда не», – говорит ей в спину Сивер. Конечно же, следует за ней – обратно в дом. – Бая! Ну зачем, зачем, зачем?

Зачем, зачем, зачем…

— Во-первых, – отвечает Бая, минуя тёплые земляные стены и решительно направляясь к своей землянке, – затем, что он занял нашу землю – и мне всё равно, смог ли он или кто-либо другой пробудить границу или нет. Я совершенно точно его туда не приглашала и не потерплю, как глава рода, чтобы беглецы из моего племени занимали часть моего дома в своей бессмысленной погоне за непонятно чем. Если он останется там, разве не думаешь ты, что кто-то может подумать, что я тайно его поддерживаю?

— Тайно его поддерживаешь? – переспрашивает Сивер с таким неподдельным недоумением, что Бая с трудом сдерживает улыбку. – Нет, лес его возьми, Бая, никто в здравом уме не подумает, что ты «тайно его поддерживаешь», если ты не придёшь на его полоумное приглашение туда, куда всё равно не собирается никто! Напротив, если ты появишься там, кто-то вполне может…

— И кто же этот «кто-то», если, по твоим же словам, там никого не будет?

Бая останавливается, разворачиваясь к Сиверу. Сивер с чувством грохает деревянной дверью холма – так сильно, что наверняка вновь вздрогнули только заснувшие чуткие старики. Ну вот. А Бая надеялась, что всё пройдёт без шума.

— Не играй со мной в эти игры, Бая, – сквозь зубы говорит Сивер – и тут же делает страшные глаза одному из молодых волков, выглянувшему из окна землянки. – А ну убрался! Ночью надо спать, а не подслушивать старших! Если я приду к вам и замечу, что хоть кто-то не на своём месте…

Лицо мигом исчезает из окна. Теперь уж Бая не может не улыбнуться:

— Сивер, мне кажется, это совсем не по-знахарски. Радей никогда ни на кого не рычал.

— А вот это… – Сивер кивает на неё. – По… по… по-главенски? Лесьяра никогда бы не пошла к тому, кто…

— Во-вторых, – быстро говорит Бая, – Лесьяра никогда не держала себя в неведении, когда дело касалось её земель. Он собирается бороться с людьми здесь, а не в своих дальних краях – неужели ты думаешь, что я могу просто закрыть на это глаза? Я должна узнать, в чём заключается его затея, и… убедить его отказаться от неё и вернуться восвояси.

— Вернуться восвояси, – с сомнением произносит Сивер. – Могу ли я уточнить, а восвояси – это куда?

Бая не отвечает – и вновь трогается к своей землянке. Бая хочет захватить оттуда плащ, а затем – выдвинуться. Ворон запоздал со своим посланием – то ли Вран просчитался, то ли сделал это намеренно, – и ей нужно трогаться немедленно, если она хочет успеть к началу собрания. Никакого времени на раздумья, никакого места для хитрых приёмов: хочешь идти – иди, не хочешь – оставайся.

Бая хочет. Бая слышит тоскливый намёк в голосе Сивера, Бая слышит безнадёжность, которой пронизано каждое его слово – и, правда, возможно, Бая слишком молода для той ответственности, что несёт на своих плечах. Возможно, вечный лес забрал Лесьяру с Радеем слишком рано – возможно, живи Бая в совсем другое время, она бы обязательно посетила священный курган, чтобы получить наставления от предков.