Книга Тайны Брушвитца, страница 50 – Дан Гришин

Обезглавленный великан, стоя на одном колене, продолжал размахивать клешнями, будто ничего не случилось. Из того места на туловище, где недавно была голова, свисали обрывки проволоки, высекая искры при каждом прикосновении к броневым пластинами.

Нелюди ошарашенно глядели на неугомонного противника, больше всего удивляясь извергаемым из тела ярким брызгам, заменяющим чудищу привычную глазу красную кровь.

Грум осмотрел голову в своих руках — из неё свисали такие же тонкие металлические сосуды, но из них не выходили искры; белые глаза потускнели, и через прорези в шлеме виднелись белёсые прозрачные камни. Огр сунул в отверстие головы пальцы — в основном внутри была пустота, и никакой органической плоти.

Отложив голову, огр выдернул тесак из правой ноги великана и проткнул такую же щель на левой — оттуда потекла чёрная жижа. Тогда он принялся втыкать лезвие в похожие щели на руках, у плечевых суставов. По мере истекания непонятной жидкости, непроизвольные движения рук чудища замедлялись, пока и вовсе не повисли вдоль тела, не подавая признаков жизни.

— Что это за демон? — поинтересовался крысюк.

Огр повернул своё залитое кровью лицо к товарищу:

— Возможно, голем. Их оживляют с помощью магии. Никогда не слышал, чтобы в этом мире, за всю тысячелетнюю историю людей здесь, кто-то мог быть способным на такое.

— Тебе надо бы умыться, — сказал крыс, протянув другу флягу с водой.

Грум притронулся к разбитому носу:

— Да, благодарю. — Он взял флягу. — И это… Спасибо за помощь.

— Пустяк, — отмахнулся Кьярт. — Ты меня спас, я тебя — на то мы и друзья.

Омываясь, здоровяк молвил ровным тоном:

— У меня есть к тебе один важный вопрос, который нужно решить сейчас, чтобы восстановить между нами доверие.

— Какой? — нахмурился крысюк.

Внезапно за их спинами раздался чужой голос:

— Расскажи о своих магических способностях, крысолюд.

Нелюди синхронно развернулись. Грум было схватился за рукоятку тесака, но не стал вынимать оружие из-за пояса. Кьярт же выхватил из висевшего на его шее чехла нож.

— Ты кто такой?! — с угрозой в голосе спросил крыс у человека в чёрном балахоне.

— Угомонись, — спокойно сказал огр. — Это Мирис.

— Не знаю никакого Мириса!

— Тот самый Мирис, — продолжал Грум, — один из Святой Троицы.

Крысюк изумлённым взором посмотрел на товарища, в надежде убедиться, что тот шутит, но вид у здоровяка был серьёзным. Тогда Кьярт выпустил из ладони нож и упал ниц перед магом, затараторив умоляющим голосом:

— Простите меня, о великий владыка миров! Прошу, пощадите! Я больше никогда не буду пользоваться магией! Клянусь! Пожалейте!

Пилигрим приблизился к приклонённому крысу и подал тому ладонь:

— Встань, дитя. Я не причиню тебе вреда.

Кьярт опасливо поднял взгляд, увидев добродушную улыбку на молодом лице, частично скрытым капюшоном. Крысюк медленно протянул дрожащую лапку, сцепившись своими пальчиками с длинными пальцами человека. Маг помог ему встать на ноги.

— Я наблюдал за вашей битвой, — говорил Мирис умиротворённым тоном. — Враг был силён, но ты не применял боевую магию. Я же вижу в тебе Искру, и она немного развита. Какими способностями ты обладаешь?

— Иллюзия, — тихо ответил крысолюд.

— Покажешь нам? — мягко попросил пилигрим.

Кьярт кивнул, а затем его крысиная мордочка мгновенно превратилась в детское человеческое личико, щекастенького парнишки лет восьми. Грум аж открыл рот от удивления.