Книга Идущий в тени 1, страница 36 – Марк Амврелий

— Неужели вы столкнулись с Генри? Он действительно из благородных, только у них кроме имени и нет ничего. Стоит замок, да пара деревень в подчинении, титул их семейству достался от деда, героя войны, но дед умер, сын начал транжирить наследство направо и налево, а спустя несколько лет и внук стал помогать. Причем, не смотря на то, что они по факту нищие, многие купцы богаче них, снобы как эльфы перед чужаками. Всех крестьян в округе запугали. Вам то, Генри ничего не сделал?

— Нет, не успел, я вовремя оттуда сбежал. А что значит, как эльфы перед чужаками? Надо сказать, что эльфа я только одного видел и манер их соответственно оценить не мог.

— хорошо, что ушли, эти изуверы и пытать могут. А насчёт эльфов… в этих краях их вообще мало кто видел. Но известно, что эльфы с чужаками ведут себя высокомерно, не пуская к себе в душу и даже эмоций не показывают. Однако в своём клане, своей семье они добры и любезны.

Мне показалось или в глазах Эльвиры мелькнула грусть? Но это было так мимолетно, что я не стал заострять на этом внимания. Эльвира же видя, что я засыпаю, отправила меня спать.

— Мираж, да вы спите на ходу! Идите скорее отдыхать, завтра, если вам будет интересно, я ещё что-нибудь расскажу.

— Спасибо Эльвира, и правда устал, пойду спать, спасибо за ужин.

Уснул, как только голова коснулась подушки, однако выспаться было не судьба. Около двух часов ночи я проснулся от плача за стенкой. Все мои попытки заснуть успеха не принесли, поэтому отправился на разведку. Прямо за стеной, на кухне сидела Эльвира и тихонько плакала, даже сейчас она была красива. Восточный разрез глаз, черные как смоль волосы, сама худенькая как тростинка, но эта худоба её красит, увидев ее, засмотрелся, находясь в каком, то ступоре, это продолжалось до тех пор, пока не заметил сквозь развалившуюся причёску, что у неё нет ушей. Как то утешать женщин я не умел, ещё больше меня смущало то, что она жена другого мужчины. Поэтому тихонько пройдя к печи налил чая, благо чайник был укутан полотенцем и сохранял тепло, добавил побольше сахару, заодно и себе налил. Вручил ей чашку, получив в ответ удивлённый взгляд.

— Спасибо Мираж, простите, я вас не заметила, разбудила, наверное.

Я сел напротив неё и отпив чая, попытался её успокоить.

— Что вы Эльвира, просто захотел пить, а тут вы. Что-то случилось?

— Нет, просто разговор наш напомнил мне о старом, вот и тоскуется.

— И что же случилось? Могу ли чем-нибудь помочь?

— Готовы выслушать историю? Тогда слушайте. Пять лет назад меня выгнали из светлого леса. Удивлены? Да я эльфийка, Эльвионель, выгнали за любовь, любовь с человеком. Отец не одобрил этого союза, за то, что ребенка понесла и выгнали меня, с позором. При этом через обряд отречения провели, уши обрезали и наложили заклятье отречения, теперь мне в Светлый лес нет входа, стоить приблизится и смерть. А для эльфов жизнь вне леса смерть, пятьдесят лет без подпитки от Материнского древа, и эльф угасает, превращаясь в дряхлого старика не способного себя обслужить. Знаете, а ведь отец у меня отходчив. Не могли бы вы передать ему моё письмо с просьбой об амнистии, я верю, он поймёт. Отнесёте?

«Вам доступно редкое вариативное задание: Амнистия эльфийки. Отнесите послание её отцу и сообщите о принятом решении Эльвионель. Награда: вариативна от ваших действий».