Книга Идущий в тени 6, страница 28 – Марк Амврелий

За время, пока я проводил осмотр стены, Константин телепортировался в Межгорье дважды. Первый раз с докладом, что разработал тактику боя и подобрал заклинания, тогда я его отправил назад, сказав, что стоит уже закончить обследование внешнего периметра, чтобы неожиданно какая-нибудь тварь не выползла в разгар битвы. Второй — чтобы сообщить, что на сегодня операция отменяется, уже смеркалось, я же сосредоточенный на поиске противника не уследил за временем, в сумерках же, не говоря уже о ночи, биться в Межгорье очень скверная идея. Убеждать меня в верности его слов необходимости не было, однажды ощутил это на своей шкуре, так что отдав приказ сворачивать операцию, остался в замке в одиночестве. Сначала у меня была мысль остаться здесь на ночь, проследить, чтобы никто не забрался внутрь, но подумав, решил, что идея плохая, как не крути, но если моё присутствие станет приманкой для сильных тварей — это будет фиаско операции. Так что перекрыв проход множеством сигнальных нитей, а также по ходу убедившись, что и сам замок плотно перекрыт сингалками, покинул Межгорье.

Не смотря на тяжёлый день, как не крути разведка тоже занятие не лёгкое, отдохнуть сразу мне не дали. Стоило только прибыть в посольство, как я получил нагоняй от пылающего праведным гневом гнома, который потерял из-за меня целый рабочий день, переживал за дело и нашу команду, а я не удосужился даже весточку подать. Пришлось чистосердечно извиняться, а позже, в знак примирения, раздавить по чарке пива, что в честь успешно завершённого рабочего дня разливали в обеденном зале посольства. Но даже несмотря на то, что пиво легло летним дождём, на иссушенную почву души гнома, тот то и дело ворчал.

— Вот надо было меня выдернуть, там небось случилось что на стене моей и всё встало, а олухи, что помощники мои, сидят и руками разводят…

— Гноме, ты ещё раз извини меня, за то, что так вышло. Не доработал. Зато поверь, что с каждой проведённой минутой моей команды в Межгорье — повышается твоя безопасность. Да и ты ведь даром день не провёл, пусть заочно, но изучил замок.

— Безопасность! В Межгорье! Мираж, тебя злые шуты покусали? На окраине и за непроходимым для сильной нечисти щитом, при упоминании этого места трясутся поджилки, а коли встретишь тварь — то трясутся от плача плечи родственников усопшего. А ты мне говоришь про безопасность в центре этого ада!

Представив про себя, как на приёме у какого-нибудь из королей, на меня набрасывается свора шутов, что бежит непременно на четвереньках, с пеной у рта, радостно позвякивая бубенчиками на колпаках и остроконечных туфлях — я громко рассмеялся. Чуть погодя, смех поддержали соклановцы из основного отряда, что сидели с нами за одним столом, хоть и несколько поодаль. За ними заразился смехом зал, в коем смешались новобранцы, работяги с посольства, и даже несколько воинов Валькирий. Они не слышали нашего разговора, но смех тех, кто проходит через нервное напряжение, которое оказывает Межгорье — крайне заразителен. Горум, смотря на веселье, кое вызвала его тирада, сначала надулся, но через пару мгновений поддержал наш смех, как не крути, но он был в доску свой мужик, и прекрасно понимал, что не всегда всё идёт по плану. Отсмеявшись, я продолжил разговор.