Книга Путь Стратега 6. РеалРТС, страница 230 – Луций Корнелий

По итогам жеребьёвки Орине попался кто-то из Сулима на послезавтра. Едва ли смогу присутствовать. У меня опять возникает стойкое ощущение провала на линии жизни. Это не обязательно означает гибель. Скорее неопределенность. Мрак, скрывающий развилку будущего. А ещё мне не давало покоя некое подозрение, но будто что-то мешало ему оформиться в цельную мысль и показать мне всю картину.

Так. Надо собраться. Какие бы не были отвлекающие факторы, но я должен провести грядущую битву достойно. Этого требуют мой долг перед людьми и перед богами. В конце концов мне приходилось командовать с гораздо более отвлекающими факторами. Болезни, попытки покушения, превращение в нежить.

— Все нормально? — спросила Орина. — У вас очень мрачный вид.

— Ага. Уже где-то года полтора как, — ответил я.

После завершения собрания, решил немного отдохнуть, а потом отправиться к войскам и заняться редактированием состава армии. Сон сразил меня как стрела охотника поражает беспечную лань. Я задремал сидя и наблюдал видение, которое уже являлось мне когда-то.

Бурлящее море. Волны идут по кругу, словно ввязавшись в безумный хоровод. Посреди морской пучины раскрывается гигантский водоворот. Пасть Таргара либо ее подобие. Свет земного солнца не может добраться до его недр. Там чернеет непроглядная темнота.

«Неспокойны древние кости». — услышал я в шепоте волн. — ' Шевелятся под покровом земли. Дрожат скалы, дрожат горы'.

Солнце ярко вспыхнуло и тут же потускнело. Его быстро скрыли облака, обратившиеся сплошным покровом. Затем по темной пелене небес пошли ярко-зеленые трещины. Небо рассыпалось. Его исполинские осколки падали в море. Обратная их сторона была зеркальной. А за треснувшими небесами мне открылся набор переплетающихся образов. Настолько яркий и пестрый, что даже мое привыкшее к созерцанию битв восприятие не сразу разобралось в содержании картины. Я видел скульптурные портреты триумвиров. Белые, высеченные в некрашенном мраморе или гипсе образы меня, Сандиса и Карра. Каждый обрамлен лицами и телами тысяч связанных с нами людей. Все кого я знал, а также ещё больше незнакомых мне людей.

«Три человека, три призрака, три проклятья!» — гремело в звоне осколков небес.

И я заметил, что за каждым лицом триумвира скрывается другое. Тусклый, призрачный образ, детали которого нельзя было разобрать.

Я проснулся или вернее сказать очнулся. Жаркое южное солнце припекало голову. Небо было совершенно цельным и не пыталось трескаться. В дверь комнаты постучал один из превенторов. Похоже за нами прислали платформу. Вовремя проснулся. Пора отправляться к войскам.

Примерно через сорок минут я уже был в лагере, а кураторы из числа магов ожидали моих решений относительно состава войска.

Под какого врага мне адаптировать армию? Хм. Полагаю, у шаддинца будет либо классическая их конная армия, либо комбинированная, где пехота и кавалерия сыграют равнозначно важную роль. В первом случае он может:

Используя небольшой, но мощный отряд конницы постараться наносить сокрушительные удары по наименее стойкой пехоте. Таким способом подготовиться к бою строй на строй или вообще избежать его. Нанести несколько ударов и уйти в оборону, чтобы выиграть по очкам.

Начнет с обстрела конными лучниками? Сомневаюсь, что враг будет делать на них большой упор. Для их эффективной реализации придётся слишком много ресурсов отдать на стрелы. Какие-то шаддинцы мой бой с Кохоразоной точно смотрели. Значит видели, что стрелковая армия против тяжелой пехоты здесь работает со скрипом. Сулимских наёмников, конечно, можно размять обстрелом. Но даже они у меня уже не такие хлипкие как в первом бою.