Книга Путь Стратега 8. РеалРТС, страница 162 – Луций Корнелий

Плевать. Главное, чтобы сейчас не вмешивались. Впрочем, даже если захотят, у меня есть чем законтрить колдовство Великого Пламени.

«Михаир, это делаем мы⁈» — со смесью волнения, отчаяния и восторга спросила меня Орина.

«Это сделали для нас», — ответил я. — «Кое-что можно было сделать аккуратнее, но в целом — сойдет. Успокой своих людей».

«Хорошо. Я очень постараюсь».

Грянул гром.

Это совершенно не было похоже на обычную грозу. В черных небесах над нами будто разом сдетонировал целый арсенал ракет. Молнии били в верхушки скал. Бесчисленные яркие вспышки, а после чудовищный звуковой удар, от которого звенело в ушах и все внутренности будто вибрировали.

Несколько секунд небесной канонады ещё больше напугали лошадей. Почти вся шаддинская кавалерия обратилась в неуправляемую массу. Некоторые вражеские слоны с перепугу бесились, топча собственных союзников. Полнейший хаос. Этим надо было пользоваться!

«Бой продолжается!» — обратился я к легионам Рега. — «Ни гром, ни ветер не тронут нас. Пусть слабые сердца боятся стихий! Вражеские лошади паникуют. Это наш шанс на победу! Смело вперед. За мной!»

И я первым двинулся вперёд высоко подняв над головой Вырванный Клык. Меня чуть шатало. Удар топором не остался без последствий. Однако пока я был более чем боеспособен. Плюс на всякий случай у меня ещё оставалось чудо исцеления. Хотя, конечно, лучше было пока приберечь его.

На глазах собравшихся творилось нечто крайне редкое и нетипично для военного искусства. Пехота шла в атаку на кавалерию.

Обычно именно конница обладает в сражении стратегической инициативой. Кавалерия в руках умелого стратега не станет нападать на превосходящего по силе врага и будет бить по самым слабым точкам противника. Именно это одно из главных преимуществ всадников. Однако исключения есть всегда.

Во время марафонской битвы греческой фаланге удалось навязать персидской кавалерии бой за счёт создания пересечённой местности. По крайней мере, так утверждает часть источников. Ксигон тут сделал тоже самое, но при помощи магии, а самое главное внезапно для врага.

Линии крупных трещин возникли в тылу и по флангам лучшей кавалерии Ксериона, как бы запирая царскую гвардию. Конечно, это была не сплошная преграда, но быстро отойти не выйдет. Кроме трещин, ям и поднявшихся скальных пород, сама почва во многих местах стала менее устойчивой. Она разрыхлилась. Множество мелких трещин и провалов образовались в ней.

«Будьте вы прокляты, имперские шавки».

Теперь в голосе Ксериона явно звучала горькая обида. Его можно было понять. Только недавно победа казалась ему неизбежной, а оказалось мы пришли сюда не для массового суицида об шаддинскую армию. Даже собрались побеждать.

Мы начали наступление по центру, чтобы ударить не по фланговым формациям конных лучников, а прежде всего уничтожить самое боеспособное ядро кавалерии Востока.

Сначала в атаку за мной пошли подразделения Шестнадцатого и Двадцать Первого. Постаравшись окружить себя как можно большим количеством воинов, я потратил один из накопленных зарядов доблести, взывая к сила моего меча.

Пламя героизма

Используйте накопленные заряды воодушевления, чтобы пропустить их силу через клинок и разослать вокруг себя в виде волны сверхъестественной энергии, укрепляя силы и дух своих союзников. Похожим навыком обладают боевые шаманы некоторых племен, но меч позволяет использовать его любому достойному служителю Забытого.