Книга Легендарный Повар 1, страница 23 – Лев Котляров, Гриша Гремлинов

И только проходя мимо могилы деда, вздохнул и пообещал себе восстановить работу трактира.

— Теперь у нас есть, из чего готовить. Обещаю, будет вкусно! Главное, слюной не захлебнуться, пока буду это делать.

До огорода трактира мы добрались минут через пятнадцать. Я шёл бодро — уровень давал о себе знать. Ноги больше не гудели, в глазах не темнело. Даже дышалось легче. Бекон семенил рядом, иногда оглядываясь, и я почти слышал его мысленное: «Ну вот, совсем другое дело».

Огород выглядел очень печально. Забор из жердей покосился, кое-где перекладины сгнили и висели на честном слове. Калитка держалась на одной петле и норовила упасть при малейшем дуновении ветра.

— Чинить надо, — сказал я коту. — И забор, и калитку, и всё остальное сразу. Но не сегодня.

Кот фыркнул — дескать, и без тебя знаю.

Мы прошли через огорода, я заглянул в сарай, оставил там лопату и затем зашли на кухню. Первое, что бросилось в глаза — кадка с водой у стены. Большая, деревянная и почти полная. Я подошёл, заглянул и сразу поморщился. Вода была мутной, с зеленоватым отливом, пахла болотом и тиной.

— Оценка.

Вода: не пригодна для питья. Содержит бактерии и простейшие организмы. Требует кипячения или фильтрации.

— Кипятить будем или огород поливать, — решил я. — Но сначала нужно принести нормальной воды.

Я нашёл пустой глиняный кувшин, ополоснул его остатками чистой воды из рукомойника — там было ещё немного, на донышке. Нужно не забыть его наполнить, а потом вышел во двор.

Колодец стоял напротив крыльца, возле сарая. За ним уже начали расти молоденькие берёзы, закрывая его со стороны огорода. Сам колодец представлял собой деревянный сруб, почерневший от времени, но всё ещё крепкий. Ворот с цепью и тяжёлым деревянным барабаном. Ручка вращалась туго — видимо, давно не смазывали.

Я взялся за ручку, намотал цепь на барабан и начал крутить. Ведро оказалось увесистым, но теперь, с Силой 6, я чувствовал себя увереннее. Не богатырь, конечно, но уже не тот доходяга, который полз по полу в поисках бекона.

— Нормально, — сказал я, делая оборот за оборотом. — В прошлой жизни я выжимал сто килограммов, а здесь пока тренируюсь на вёдрах.

Бекон сидел рядом и смотрел с неподдельным интересом. Иногда он мяукал, и мне казалось, что это звучит как «давай-давай, силач».

Ведро показалось над срубом. Треснувший край плохо держал воду, и до верха колодца доехала едва ли половина ведра. Я легко перехватил его, вылил в кувшин. Повторил ещё дважды — кувшин оказался каким-то бездонным, но я наполнил его без особого напряга. Хотя третье ведро далось тяжелее, даже запыхался немного.

— Хватит, — сказал я, чувствуя приятную усталость, а не изнеможение. — Пошли готовить. А нет! Стоп! Лошадь!

Совсем забыл про неё со всеми этими могилами и спасением барышень в беде. Ворота отворились с надсадным скрипом, и я оказался в конюшне. Из шести стойл занято было одно. Я подошёл ближе и увидел старую серую лошадь. Она мирно жевала сено, даже ухом не повела, когда я протянул к ней руку. Рядом с ней нашёл табличку с криво написанным именем.

— Тефтелька! — с восторгом прочитал я. — Кому пришло в голову назвать кобылу Тефтелькой⁈ Подожди, милая, я сейчас тебе принесу воды.

Ещё несколько усилий и поилка возле клячи наполнилась. Я кинул ей ещё немного сена и потом поспешил на кухню. Голод уже начал сводить с ума.