Книга Козырев. Путь мага, страница 62 – Лев Котляров

Целую минуту он смотрел на дерганный танец свечи, пытаясь уловить хоть что-то в пламени. Я и сам, признаться, засмотрелся на это.

— Я вижу! — вдруг крикнул он.

Я чуть не подпрыгнул от неожиданности.

— И что вы увидели? — сдерживая ругательства, спросил я.

— Будущее! — в глазах Коршунова горело подступающее безумие. — Я предстану перед императором! Беру! Заверните мне его!

— Сколько?

— Три сотни! — он с восторгом смотрел на подсвечник. — Нет! Четыре! Себе заберу.

Нет, он точно рехнулся. Какое будущее⁈ Какой император⁈

— Договорились, — ответил я, удерживая брови на своем законном месте. — Идем дальше?

Наконец, мы дошли до библиотеки и углубились в лабиринт книжных шкафов. Я никак не мог вспомнить, где висела та картина.

Ее умудрился найти Илья Сергеевич. «Дама с рубинами» висела на самой дальней стене, наполовину скрытая тяжелой шториной. Выглядела она так себе: крупные мазки маслом, один глаз на портрете был кривой, а на руках я заметил шесть пальцев. А при чем тут рубины, я вообще не понял. Или это художник то красное пятно на руке дамы?

— Это она? Да? — энтузиазма в голосе Коршунова хватило бы на целый полк хмурых солдат.

— Вы правы. Это она, — я картинно откинул штору. — На ней нет никакого заклинания, и все, что я говорю — абсолютная чушь.

— Работает! Вы действительно соврали! Невероятно.

На долю мгновения мне стало стыдно. Правда! Врать другу отца, да еще планировать взять с него деньги! Кошмар, форменный кошмар!

— У нее ограниченный радиус действия, — я отошел от картины. — И не всегда срабатывает, но так или иначе, эффект, как вы видите, присутствует. Все зависит от силы мага и его намерений. Думаю, лучше про такое свойство умолчать. Очень спорная вещица.

— Пять сотен, — завороженно сказал Коршунов.

Он тоже отошел от картины и посмотрел на меня. Взгляд у него был задумчивый, словно он уже мысленно подсчитывал прибыль, и в то же время я видел на дне зрачков хитрую мордочку лисы.

— Семь сотен, — я рубанул ладонью воздух. — Хоть и спорная, но ценная!

Слышал бы меня сейчас кто-нибудь из знакомых! Да я так вдохновенно не врал со времен, когда только переместился в этот мир.

— Согласен! — судя по довольному лицу Коршунова, он собирался продать картину минимум за тысячу.

И почему я не спросил Вайсмана о том, сколько сейчас похожие вещи стоят на рынке?

Мысленно выдав себе подзатыльник, я решил сворачивать импровизированную экскурсию. У меня, между прочим, еще отчет Степана не просмотренный!

— Могу ли я забрать все это сегодня? — спросил Илья Сергеевич, шаря глазами по библиотеке.

— Как только я получу деньги, сразу забирайте.

— Да, точно, конечно, — энтузиазм Коршунова на мгновение погас, но потом снова загорелся с новой силой. — Вечером приеду сразу с деньгами.

— Я попрошу упаковать все в самую лучшую коробку, — вежливо улыбнулся я, прикидывая в уме стоимость этих самых коробок. — Прошу меня простить, дела не ждут.

— Понимаю! Еще раз спасибо за возможность прикоснуться к таким интересным вещам. И прошу прощение за мой вчерашний вид. Новость была слишком важной!

Он ни секунды не сожалел, а сиял, как начищенная монета. Я почти довел его до двери, как вдруг Коршунов обернулся и обеспокоенно спросил:

— Когда, говорите, каталог будет готов?

Вот же ж зараза, я думал, он не вспомнит!