Книга Гарем на шагоходе. Том 1, страница 33 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Первое поколение клонов вырастили сразу до взрослого состояния, загрузили в мозг необходимый минимум знаний и максимум боевых навыков, да отправили в мясорубку. Позже до командования Сопротивления дошло, что опыт, который приобретается в ранние годы, нельзя заменить простым кодом. Организм должен расти, с ним развивается мозг, постепенно наполняясь всякой ерундой, которая в сумме называется личностью.

Так что детство у меня было. Правда, совсем не такое, хотя игры там тоже были, просто более жесткие. Тренировочный лагерь, сотни таких же мальчишек. И у десятков твое собственное лицо. Хреново было с индивидуальностью, если честно. А вот с дисциплиной — полный порядок.

Мальчишка в шортах и майке с эмблемой какой-то футбольной команды сделал удар ногой, мяч полетел на дорогу, и этот олух кинулся за ним. Никакой дисциплины.

Я бросился вперед на чистом адреналине. Успел. Оттащил пацана на обочину, машина резко засигналила, а через миг из окна высунулся мужик и начал ругаться. Затем укатил прочь.

— Никогда так не делай! — рыкнул я на мальчишку.

— Ой, дядя Волк! Не буду! Только маме не говорите!

Он перебежал дорогу и вытащил мяч из кустов в палисаднике. Убежал к друзьям, а я почесал затылок. Неприятное чувство, когда тебя все знают, а вот ты их в первый раз видишь.

Добравшись до нужного строения, я немного постоял, сверяясь с картой.

Серьезно? Вот это? Хотя чему я удивляюсь. Знал же, что у этого парня в шляпе большие проблемы с деньгами. Старая, ветхая многоэтажка — идеально под снос. Время оставило на ней множество отпечатков. Потрескавшаяся кирпичная кладка. Покореженные балконы. И черная копоть — явные следы городских боев. А поверх всего — цветастые граффити.

Позволив себе усталый вздох, я снова обратился к коммуникатору. Заново нашел свои регистрационные данные и увидел номер квартиры. Поднявшись на нужный этаж на скрипящем лифте, я добрался до своей двери. Замок открылся с легким сопротивлением. И не с первой попытки. Он оказался кодовым, а в коммуникаторе таких сведений не оказалось. Действительно, зачем вбивать туда все подряд? Можно ведь просто запомнить!

Пришлось закрыть глаза и позволить телу самому вспоминать. Первую попытку провалил. Со второй моторная память тоже не отозвалась. Тогда я плюнул и просто вбил 1234. Дверь открылась. Похоже, мой прототип совсем не парился.

И вскоре я понял, почему.

Просто здесь красть нечего.

Маленькая, бедная квартирка. Обшарпанные стены в серых тонах с небольшими потеками от краски — или от затопления соседями. Я пощелкал выключателем. Тот не среагировал, так что пришлось включить лампу в углу. Рядом стоял небольшой, шаткий стол, покрытый бумагами и инструментами. Плюс компьютерный терминал. Описывать его древность даже не буду пытаться. Рядом располагался старый, изношенный диван с подушкой — не декоративной, а в белой наволочке.

На окне висели занавески — неуместно цветастые. Наверняка это от Лии, раз уж мы с ней встречаемся. Ветер, проходя сквозь щели в раме, ненавязчиво поигрывал ими. На одной из стен висела полка с несколькими книгами в потертых обложках.

Собственно, все. Кухонный уголок находился здесь же, а единственная дверь, кроме входной, вела в санузел.

Скромная, непритязательная берлога. Чисто переждать зазоры между рейдами. Не удивлюсь, если мой прототип перебирался сюда только чтобы не тратить время — все стоянки для Волотов и Цвергов находятся на окраине, а то и вообще вынесены далеко за городскую черту. Слишком крупногабаритный транспорт.