Книга Гарем на шагоходе. Том 3, страница 48 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Когда начался бой, Кармилла перестала напевать пошлые песенки. Она следила за мониторами, на которые транслировалось изображение с камер тактических шлемов. И сверялась с картой, которую набросали анты.

— Ох, батюшки! — воскликнул искин, когда ракета вмазала по крылатому ящеру и тот рухнул вниз. — Птичку-то жалко!

— Ничего, бабуля, — ответила вампирша. — В джунглях много птичек, всех не перебьют.

— Оюшки-аюшки! Ты посмотри, внученька, как буйная головушка-то полетела! А копьем-то, поди, больненько промеж ноженек!

— Больненько, бабушка, — расплылась в усмешке альпа.

Мотопьяни срочно захотелось выдрать ей клыки.

— Выключи этот хлам! — рыкнул он. — Задолбала комментировать, карга старая!

— Ты, внучек, на бабушку-то не серчай, — ответила Ядвига. — Бабушка ведь правда старенькая. Лучше пирожочков пойти покушай. Негоже только пить, закусывать надобно.

Сияющая ухмылка Кармиллы выразила все без слов.

Насчет этой шмары Змей дал четкие указания.

Будет выкобениваться — прострелить ей оба колена, врезать арматурой по печени. Любые увечья, но не убивать, пока она не поддержит вольников ракетным огнем. Уже поддержала. Но есть вероятность, что потребуются новые залпы.

Портить такую красотку жалко, но если срезать проклятые волосы, все остальные женские прелести останутся на месте. Осталось придумать, чем резать. Бензопилой? Или попытаться выжечь сварочным аппаратом?

Эх, нет, полукровку проще убить, чем обкорнать.

Мотопьянь одним глотком опустошил бутылку наполовину.

Похоть, злоба и жалость к себе ударили в голову.

Уж больно соблазнительно эта клыкастая бестия перекладывала ногу на ногу.

Спиртное тоже сыграло роль, так что Мотопьянь рыгнул, почесал яйца и обратился к вампирше:

— Эй, белоснежка, а правду говорят, что у вас из-за регенерации каждый раз плева зарастает? Получается, ты не шлюха, а опытная девственница!

Шутка понравилась народу и получила в поддержку дружный хохот.

Кармилла ответила не сразу. Сперва она достала из кармашка куртки зеркальце и помаду.

Развернувшись к мужчинам, стала вызывающе красить губы в ярко-алый цвет.

— Женщины моей расы трахаются только с настоящими мужчинами. И после сегодняшней битвы я отдамся самому достойному. Сможешь расспросить его, что там у меня между ног. Тебя-то в списке кандидатов нет.

Эта подколка ударила в самую точку. Настроение шутить сразу пропало, зато появилось желание немедленно раскроить ее крашеные губы.

— Да ладно тебе, Пьянюшка, — сказала она глумливо. — Неужто маленькая шуточка так тебя задела?

— Сука, думаешь, я сейчас выйду из себя, прикажу седлать коней и поскачу в бой?

Отлепившись от кресла, лидер банды расправил плечи — довольно внушительные. Сейчас даже пузо придавало ему некую харизму. Сам-то он всегда гордился своим телом — такому много бухла надо, чтоб захмелеть!

— Что ты, милый, — вампирша захлопала ресницами. — Как же ты бросишь меня на хозяйстве? У нас же банкет намечается. Вот скоро мальчики вернутся, будут праздновать победу. Интересно, тебя пригласят?

И снова эта тварь надавила на больную мозоль!

Мотопьянь шагнул к ней, сжимая в руках бутылку и собираясь разбить ту о башку альпы.

На его пути встал один из приближенных.

— Братан, не лезь, видно же, она тебя провоцирует, — сказал он примирительно.