Книга Гарем на шагоходе. Том 3, страница 71 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Разве что в носу не ковыряет.

Не прибили. Даже не могу сказать, радоваться или дать им побольше времени.

Уверен, если оставить тойгеров с кити-кити на недельку, они сами прибегут ко мне с просьбами ее забрать. Еще и щедро заплатят, чтоб избавиться.

С другой стороны, они ведь и так решили куда-то ее деть — в желудок чудищу.

— Ой, Волк! Ты вернулся! — радостно закричала Сэша, когда я подкатил поближе.

Добрыня шумно выдохнул и заурчал, поглядывая на толпу тойгеров. Его взгляд не обещал им ничего хорошего, так что котики массово прижали ушки.

Трицератопс припал на передние лапы, и я спустился. Помогать Розочке не пришлось — та скользнула со спины зверя вниз с помощью лиан. Ее движения так напоминали Кармиллу, но все же в них ощущалось нечто другое. Не такое порочное, что ли. Но в то же время не менее хищное… трудно объяснить.

Дриада увидала Сэшу и тепло улыбнулась, а кити-кити озадаченно посмотрела на нее и чуть махнула хвостом.

— А кто это с тобой, Волк? — тут же спросила она.

— Цветочек, — коротко ответил я и направился к жертвеннику.

Вперед выступили два брутальных кошака с копьями и преградили мне путь.

— Да как ты смеешь! — взревела жрица, подступая ближе. — Живоглот покарает тебя!

— Змеюка сбежала, — ответил я. — Хватит уже, вели своим котам отойти или я убью их. Мне надоело сокращать ваше поголовье, так что будь благоразумна.

Для убедительности я направил на одного кота пистолет-пулемет, а на второго — автомат.

Жрица смерила меня долгим взглядом. Зрачки ее зеленых глаз сузились в тонкие полоски, а хвост гневно заходил из стороны в сторону.

Затем она сдалась и быстро отдала приказ на своем мяукающем наречии. Коты убрали копья и отошли.

— Теперь вели расстегнуть цепи, — холодно сказал я, направив оружие на жрицу.

— Если прервать церемонию, бог разгневается, — зло произнесла та.

— А если не прервать, разгневаюсь я.

— Волк такой крутой, кити-кити! — восхитилась пленница. — Мы уже скоро вернемся в домик на ножках? Мне тут нравилось, но теперь не очень.

— Скоро, моя хорошая. Вот только эта пушистая тетка научится подчиняться, и порядок.

Я перевел взгляд на жрицу. Та кипела от ярости, но старалась сохранить внешнее спокойствие. Однако ее усы подрагивали, потому что губы так и норовили подняться вверх, обнажая клыки. И когти из мягких лапок уже торчали.

Приподняв бровь, я спросил у нее:

— Что ты там говорила? Докажи, что достоин соперничать с нашим богом и получишь ангорийку? Доказал. Отдавай. Хотя нет, плевать. Сам заберу. Роза, присмотри за этой кошкой и остальными. Если что, придуши немножко, как змейку.

Подошел к Сэше. Загремели цепи, и ангорийка радостно кинулась обниматься. Запрыгнула, как на столб, и обвила меня ногами. Ее полуголая фигурка тесно прижалась ко мне, а щека начала тереться о мою шею. Блондинка еще и замурлыкала!

— Сэша, какого черта⁈ А ну живо отцепись!

— Но Волк же пришел спасать меня, кити-кити, как принц принцессу!

— Да, но для этого надо, чтоб принцесса не мешала!

Я покосился на жрицу, которая наблюдала за картиной со смесью раздражения и злорадства. Перевел взгляд на кошаков. Один из них невзначай поднял копье. Я тут же нацелил на него оружие и показал, чтобы бросил на землю.

Тот понял без перевода.

Мягко ступая по каменным плитам, к жертвеннику подошли белые тигры. Они не нападали, но выразительно порыкивали. Добравшись до жрицы, упали возле нее, как обязательные декорации.