Книга Гарем на шагоходе. Том 7, страница 124 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Расслабься, — повторил я.

Она выдохнула, сопротивление ослабло, и я медленно вошёл.

— А-а-а! — её тело выгнулось, пальцы впились в простыни.

Я замер, давая ей привыкнуть. Её внутренности сжимали меня — обжигающе горячие, плотные, как бархатный кулак.

— Всё хорошо? — я провёл рукой по её животу.

— Нет! — но её попка уже принимала меня глубже.

Я начал двигаться — медленно, осторожно. Её анус обхватывал мой член горячим кольцом, сжимая его настолько тесно, что каждый миллиметр проникновения ощущался невероятно остро. Она сопротивлялась и в то же время поддавалась всё сильнее.

Постепенно я продвигался дальше, чувствуя, как её тело подстраивается под меня.

Вскоре она уже застонала не от боли, а от чего-то другого.

— Вот видишь, — ухмыльнулся я, — а говорила — изнасилование.

— Заткнись… — прошипела она, но сама потянулась ко мне, когда я ускорился.

Её плоть сжимала меня с невероятной силой.

Каждый толчок — отдельное удовольствие.

Я выходил почти полностью, оставляя лишь головку, и снова вгонял себя до упора, наслаждаясь тем, как её анус сжимается, пытаясь удержать меня.

— Ты… специально… так делаешь… — задыхалась она.

— Конечно, — я схватил её под бедро, притягивая к себе. — Это же наказание.

Она закричала, когда я вошёл особенно резко. Оргазм накрыл её — мучительный, болезненный, но от этого ещё более интенсивный. Мой член оказался в раскалённой, пульсирующей ловушке.

Ощущение получилось настолько мощное, что тело буквально свело спазмом удовольствия. Её анус дёргался вокруг моего члена, и это стало последней каплей, я не смог больше сдерживаться.

Я вогнал себя в неё до предела, и волна оргазма накрыла меня — горячая, густая, бесконечная. Моё тело напряглось, и я кончил, чувствуя, как каждый мускул отзывается судорогой наслаждения.

После, когда волна схлынула, мы ещё некоторое время лежали, тяжело дыша.

Мой член всё ещё оставался в ней, и я не спешил выходить.

— Ну что, офицер, — я поцеловал её за ухом, — будешь меня арестовывать?

— Обязательно, — она слабо толкнула меня локтем. — Как только смогу пошевелиться.

Я усмехнулся, выскользнул из неё и обнял за талию. Прижал губы к её потной шее, потом к плечу.

Лекса перевернулась на спину и прикрыла глаза рукой.

— Боже… я ненавижу тебя.

Усмехнулся.

— Врёшь.

Я накрыл её поцелуем, жадно впиваясь в губы.

— Фу! Не чищенные зубы! — запротестовала она, а я рассмеялся.

— Пойдём, надо принять душ. Мы уже на подходе к Бризхейву.

— Хорошо, но если ты подцепишь ещё хоть одну бабу, я тебя пристрелю.

— Так с остальными ты смирилась?

Она схватила подушку и огрела меня.

— Только не думай, что однажды я начну участвовать в этих ваших марафонах и делать тебе минет на скорость.

— Там было не на скорость, а на качество, — поправил я.

Снова получил подушкой по лицу.

В каюте Ди-Ди заиграла лёгкая ненавязчивая мелодия.

— Вставай, соня! Новый день начинается, пора крутить гайки! — сообщил Гудвин из старенькой колонки на тумбочке, к которой механик предоставила ему доступ. Никакими другими системами за пределами машинного отделения он управлять не мог, на что часто жаловался.

Долорес сладко потянулась, разминая затёкшие за ночь мышцы.

Рыжая копна кудрявых волос растрепалась, и несколько упрямых локонов упали на лицо. Механик смахнула их и села на кровати, оглядывая своё новое жилище.