Книга Гарем на шагоходе. Том 8, страница 125 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Потом мои пальцы нашли застёжку-молнию на её коротком платье.

Секунда — и оно беспомощной белой тряпкой соскользнуло на пол.

Под ним оказалось тонкое, почти невесомое кружевное бельё угольно-чёрного цвета.

Идеальный контраст с её светящейся кожей.

Лия отстранилась, тяжело дыша, и с лукавой улыбкой отступила к кровати. Одним грациозным движением забралась на неё, устроившись на свежих простынях.

— Новый матрас нужно срочно опробовать, — прошептала она, лукаво посматривая на меня. — Вдруг пружинит не так?

Она поманила меня пальцем.

Не отказывать же?

Пончо, костюм, всё полетело на пол к её платью. В два шага я оказался у кровати и забрался следом, нависая над ней. Её кожа была тёплой и пахла чем-то экзотическим и сладким, как ночные цветы в Диких Землях.

Мы снова целовались, но уже не так яростно. Нежнее.

Бионическая рука осторожно гладила её бедро, ощущая контраст между холодом металла и теплом женской кожи. Сенсоры идеально передавали информацию нервным окончаниям, так что я лишний раз порадовался, что приобрёл эту модель.

Ладони заново изучали знакомые изгибы.

В какой-то момент, когда наши губы на мгновение разомкнулись, она прижалась ко мне и прошептала прямо в ухо, и в её голосе уже не было ни насмешки, ни вызова, только искренняя, обезоруживающая нежность:

— Я так скучала, Волк…

Притянув её ближе, шепнул на ухо:

— Я тоже очень скучал.

Наверняка Миша сказал бы, что это слишком скупо. Но уж как умею.

Мои пальцы скользнули по её спине, нащупывая застёжку чёрного лифчика.

Хорошо, что у меня такая большая практика… замочек поддался легко и непринуждённо.

Лифчик полетел на пол, а мои пальцы смяли сочные зелёные груди. Пальцы провели по лампочкам-соскам. Лия тихо ахнула и прикусила губу, а я повалил её на постель, снова целуя.

Но через миг её рука упёрлась в мой торс и легонько надавила.

Я замер, не сразу сообразив. Она посмотрела мне в глаза, и в её жёлтых омутах промелькнула хищная, игривая тень. Это был не запрет, а намёк.

Перевернувшись на спину, я позволил ей оказаться сверху.

Снова поцелуй — горячий, страстный, глубокий.

Затем она, не разрывая нашего зрительного контакта, спустилась ниже.

Её тёмно-зелёные волосы водопадом рассыпались по моим бёдрам.

Пальцы захватили резинку трусов и потянули вниз. При этом она улыбалась и продолжала очень многообещающе смотреть мне в глаза.

Дальше начались поцелуи. Но уже совсем другие.

Её губы скользнули вниз по моему животу, оставляя за собой горячий влажный след.

Я почувствовал, как её дыхание обжигает кожу там, где мне больше всего хотелось её прикосновений. Она медлила, словно нарочно заставляя меня сходить с ума от ожидания. Её пальцы скользили по внутренней стороне бёдер, но не касались моего члена. От предвкушения по телу бегали электрические разряды.

Напряжение росло, всё уже давно напряглось и жаждало внимания.

А потом — наконец — её язык лизнул меня снизу вверх, медленно, оценивающе, и я резко вдохнул, впиваясь пальцами в простыни. Она знала, что делает, чёрт возьми! Её губы сомкнулись вокруг меня, горячие и влажные, и первое же глубокое плавное движение заставило моё тело напрячься.

Она работала ртом идеально — не слишком быстро, не слишком медленно, чередуя глубокие погружения с нежными ласками кончиком языка. Всё её внимание сосредоточилось на этом, будто она изучала мою реакцию.