Книга Гарем на шагоходе. Том 9, страница 18 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Её руки обвились вокруг моей шеи, притягивая меня ближе.

— Я знала, что ты меня простишь, — прошептала она мне в губы, когда мы на мгновение оторвались друг от друга, чтобы глотнуть воздуха.

— Я ещё ничего не решил, — прохрипел я, но сам уже знал, что это ложь.

Подхватил её на руки и уложил на то самое место, где только что лежала Лекса.

Кармилла совсем другая.

Если Лекса — это напряжённая сталь и энергия, то Кармилла — это шёлк и тёмная, вязкая сила. Куда более опасная и смертоносная. Во всех смыслах.

Её тело казалось прохладным на ощупь, но под кожей чувствовался скрытый жар.

Я вошёл в неё, и это походило на погружение в тёплый, тёмный омут.

Вампирша обхватила меня ногами, её движения были плавными, гипнотическими, она вела меня в своём, только ей известном, танце.

В отличие от яростной схватки с Лексой, здесь всё оказалось иначе.

Медленная, тягучая дуэль, где каждый взгляд, каждый стон, каждое движение наполнялись смыслом и сокрытой силой. Я чувствовал, как она счастлива.

Не просто возбуждена, а именно счастлива.

Её эмоции отражались в том, как она смотрела на меня.

В том, как её тело отзывалось на каждое моё прикосновение.

И это не считая того простого факта, что я ощущал свет её разума.

Сейчас он не полыхал багровым заревом, а светился мягким нежным сиянием.

Она получила то, чего хотела — моё внимание, моё прощение, меня всего, без остатка.

Кармилла победила. И проиграла, потому что уже перестала быть той холодной, жестокой стервой, которую я взял в экипаж под дулом револьвера.

Я перевернул её, и она оказалась сверху.

Её губы чуть приоткрылись, обнажая клыки в улыбке.

Пришло время перестать притворяться.

Она двигалась с нечеловеческой грацией и силой, её длинные белые волосы падали мне на грудь, щекоча кожу. Она наклонилась и поцеловала меня, прошептав что-то на своём древнем альпском языке, и хотя я не понял слов, но понял их суть. Это были слова власти, соблазнения и полной, безоговорочной капитуляции одновременно.

Напряжение росло медленнее, но оно было глубже, основательнее.

Это не походило на стремительный пожар, скорее на вулкан, медленно пробуждающийся в моих недрах. Я чувствовал, как лава подбирается всё ближе к поверхности. Её мышцы сжимали меня с чудовищной силой, охватывали, влажно скользили.

Неспешно и невыносимо мощно.

Сдерживаться становилось всё труднее.

Я перехватил инициативу, снова повалив её на спину.

Прижал её руки за запястья, полностью подчинив вампиршу себе.

Её глаза горели вызовом и обожанием.

Мы двигались в унисон, наши тела сплелись, наше дыхание смешалось. Я чувствовал, как её оргазм приближается, её тело начало подрагивать, она закусила губу, пытаясь сдержать стон. Это стало для меня сигналом. Я тоже подходил к пределу.

Движения стали резче, грубее, интенсивнее…

Каждый толчок стал не просто импульсом плоти, а ударом кузнечного молота по наковальне. Мои бёдра врезались в её нечеловеческую плоть с силой, способной сломать дубовую балку. Казалось, сама реальность гудела от этой мощи.

Кровать заходила ходуном.

Не просто заскрипела или закачалась — она жила.

Элитный титановый каркас, сконструированный выдерживать экстремальные нагрузки, подвергся испытанию на прочность. Система амортизации взвыла. Не сломалась — нет, инженеры явно предусмотрели форс-мажоры, — но заработала на пределе.