Книга Гарем на шагоходе. Том 9, страница 97 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Боги, что они там вытворяли… Ещё несколько дней назад она и подумать не могла, что однажды согласится участвовать в чём-то подобном. Но оно как-то само получилось… Будто вся эта гаремная атмосфера действует заразительно и заставляет потерять рассудок.

Теперь Лия очень остро поняла, НАСКОЛЬКО она не уникальна. Просто одна из восьми. А ведь ещё недавно был только он и только она. Это чудовищно несправедливо, больно и тяжело.

Рядом с ней, пытаясь разогнать эту тоску, суетилась Сэша.

— Кити-кити, Лиечка, ну не грусти! — щебетала она, протягивая ей шоколадку в яркой обёртке. — Вот, смотри, это «Космический восторг» с орехами, нугой и взрывающейся карамелью! Съешь, и сразу станет веселее! Проверено!

Лия лишь слабо улыбнулась и покачала головой.

— Спасибо, Сэша. Я не голодна.

— Но это не от голода! Это от грусти!

— Я просто не люблю шоколад.

— Ну тогда давай посмотрим кино! — не унималась кошка. — Розочка, включи тот сериал, где граф де Монте-Кристобаль мстит барону фон Шницелю за украденный рецепт паштета! Там так интересно!

Роза, сидевшая с другой стороны от Лии, молча кивнула. Одна из её лиан потянулась к столику и притащила пульт. Она нажала кнопку, и вместо рыбок на стене возникла сцена пышного бала. Мужчины в камзолах, дамы в кринолинах, блеск бриллиантов и кипение страстей.

— Вот! Смотри! — Сэша ткнула пальцем в экран. — Сейчас он подсыплет ему в вино яд «Слеза Грифона»! А потом скажет: «Это тебе за мой паштет, негодяй!». Так ему и надо!

Лия смотрела на экран, но не видела ни графа, ни барона.

Её мысли были далеко.

Она снова и снова прокручивала в голове события последних дней: взрыв в отеле, атаку в аквапарке. Страх, липкий и холодный, жил в ней, отравляя всё вокруг. Она чувствовала себя слабой, беспомощной, лишней в этой команде супергероев, безжалостных воинов и… чокнутых кошек, которым море кити-кити по колено.

Она медик, целитель. Её призвание — спасать жизни, а не смотреть, как их отнимают.

— Ладно, кити-кити, — Сэша зевнула, прикрыв рот ладошкой. — Что-то я устала. Пойду спатеньки. Лиечка, ты только не грусти, хорошо? Завтра Волк что-нибудь придумает, и всё будет хорошо! Он всегда придумывает!

Кошка поцеловала Лию в щёку и, подхватив своего лисёнка, ускакала в одну из комнат.

Роза тоже поднялась, бросив на Лию сочувственный взгляд.

— Если хочешь, я могу рассказать тебе, чем всё закончится, — тихо предложила она. — Граф его не отравит. Он заставит его съесть весь свой паштет. До последней ложки. Это будет страшная месть.

С этими словами дриада тоже удалилась, оставив Лию в полном одиночестве.

Она сидела, обхватив колени руками, и смотрела на беззвучно танцующих на экране аристократов. Чувство подавленности и страха навалилось на неё с новой силой.

Ей хотелось плакать, кричать, спрятаться от всего этого мира, который оказался таким жестоким и опасным. Она закрыла глаза.

И в этот момент что-то изменилось.

Когда она снова их открыла, в них уже не было ни страха, ни тоски. Только холодная, стеклянная пустота. Её лицо, до этого выражавшее страдание, превратилось в безэмоциональную маску. Движения стали плавными, точными, почти роботизированными.

Она встала с дивана. Не как уставшая, напуганная девушка, а как механизм, получивший команду. Её ноги бесшумно несли её через комнату к той самой панели управления, которую Ди-Ди с такой гордостью демонстрировала Волку. На панели, рядом с тумблерами и индикаторами, красовалась наклейка с весёлым гаечным ключом и надписью «Ядрёна гайка!».