Книга Гарем на шагоходе. Том 10, страница 75 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Её губы творили немыслимое, а её волосы, живые и послушные, обвивали мои бёдра, то притягивая, то отпуская. Мир сузился до этих ощущений, до этой горячей, виртуозной игры. Я чувствовал, как стальная пружина напряжения внутри меня сжимается всё туже, вот-вот готовая сорваться.

Первый пик наслаждения накрыл меня внезапно, не как волна, а как обвал. Резко, ослепительно, вырвав из горла сдавленный рык.

Затем вампирша медленно подняла голову. На её губах играла торжествующая, хищная улыбка.

— Кажется, кто-то потерял контроль, капитан? — выдохнула она с победой в голосе.

Ярость и всепоглощающее желание смешались во мне в гремучую смесь. Я рывком поднял её с колен и прижал к стене, обитой кроваво-красным бархатом. Её кожа была обжигающе горячей, совсем не ледяной, как у киношных кровососов. Моя рука грубо сжала её грудь. Кармилла всегда любила пожёстче.

Она не сдержалась, рванула мою рубашку так, что разлетелись пуговицы, и впилась острыми клыками мне в надплечье.

Острая, сладкая боль пронзила меня, и я почувствовал, как жар её рта вытягивает из меня жизнь — глоток за глотком. Этот вампирский голод, эта моментальная расплата сводили с ума.

— Моя очередь, — прорычал я.

Наше соединение было мощным, резким, окончательным. Она ахнула и оторвалась от раны, откинув голову к стене. Её зубы остались красными от крови, и та стекала по подбородку.

Я двигался быстро, яростно, вбивая её в стену, наказывая за каждую насмешку, за всю её дерзость и глупость. Каждый мой толчок отдавался глухим стуком, и мне казалось, что вся стальная броня шагохода вибрирует в такт нашему бешеному ритму. Я смотрел на её лицо — искажённое страстью, с полуоткрытым ртом, с безумными глазами, в которых плескалась та самая первобытная дикость. Она снова впилась в меня клыками, но уже в шею, и спазм удовольствия от этой боли пронзил меня, подхлёстывая, заставляя двигаться ещё быстрее, проникать ещё глубже.

Не доводя до разрядки, я вырвался из её объятий. Она посмотрела на меня с немой обидой и пьяной, бесстыжей улыбкой.

— Ещё… — прошептала она хрипло и властно.

Я подхватил её и швырнул на огромную кровать. Алый шёлк простыней промялся под её телом, подчёркивая соблазнительные изгибы.

— Повернись, — приказал я.

Кармилла с готовностью подчинилась, встав на четвереньки. Её спина прогнулась, как у готовящейся к прыжку кошки. Она посмотрела на меня через плечо, и в её взгляде было прямое, жаждущее приглашение. Приглашение в самые тёмные, самые потаённые уголки её существа.

Никаких больше предварительных ласк.

Я придвинулся к ней, и наша связь обрела новую, шокирующую глубину. Она тихо застонала, утыкаясь лицом в подушку, её пальцы вцепились в простыни. Это была иная близость. Более глубокая, запретная, невероятно интимная.

Она томно застонала. Я ускорил ритм. Она закричала, и её крик был оглушительным, рвущим глотку. Удовольствие накрыло её, тело вампирши затряслось в сладкой агонии.

Я не выдержал и позволил этому произойти. Мир взорвался мириадами ослепительных искр, я полностью потерял связь с реальностью, растворяясь в этом всепоглощающем ощущении, в ней. Это было не просто физическое освобождение, а настоящее слияние. Словно две одинокие, хищные души, наконец-то нашли друг друга в этой бесконечной тьме и стали единым целым.