Книга Гарем на шагоходе. Том 11, страница 39 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Волосы Изольды, Кассиана и близнецов метнулись вперёд, формируя мельтешащий белый кокон.

ДЗЫНЬК! ЦИНЬ! ДЗЫНЬК!

Пули, ударяясь об эту живую броню, отскакивали в стороны рикошетом.

В тот момент, когда раздался первый выстрел, мир для меня изменился. Он замедлился. Время растянулось, как ириска. Яростный треск автомата превратился в низкий, протяжный гул отдельных выстрелов. Летящие пули стали похожи на медлительных пчёлок, лениво плывущих в воздухе. Я видел каждую из них. Видел, как они вращаются, как оставляют за собой дымный след.

Я видел их траекторию. И видел точку, из которой они вылетели.

Там по-прежнему не было ничего, кроме дрожащего, искажённого воздуха. Силуэт, едва различимый, как мираж в пустыне. Киборг или человек в тактическом доспехе. Режим «Хамелеон».

Но для меня он был виден так же чётко, как если бы стоял под светом прожекторов. Нейрочип мгновенно обвёл его контур красной рамкой.

ЦЕЛЬ ЗАХВАЧЕНА. МОДЕЛЬ: «ФАНТОМ-17». ВООРУЖЕНИЕ: АВТОМАТИЧЕСКАЯ ВИНТОВКА «ЖАЛО». СТАТУС: АКТИВЕН.

Я не стал уклоняться. Просто атаковал.

Оттолкнувшись от земли с такой силой, что под моими сапогами треснул и просел грунт, я сорвался с места. Для вампиров я просто исчез. Превратился в чёрную размытую полосу, промелькнувшую мимо их волосяного щита.

Мир вокруг меня превратился в смазанный туннель. Я нёсся над землёй, едва касаясь её. Расстояние в сто метров я покрыл быстрее, чем можно моргнуть.

Киборг успел среагировать. Его оптические сенсоры зафиксировали мою атаку. Он попытался перевести огонь, но было уже поздно.

Моя живая рука схватила ствол его винтовки и дёрнула вверх. Композитный пластик и легированная сталь затрещали и смялись. Киборг попытался ударить. Из предплечья у него выдвинулся клинок. Почти как мой, но без дополнительных фокусов.

Мой кулак врезался киборгу в грудь. Броня, рассчитанная на то, чтобы выдерживать попадание из мелкокалиберной пушки, прогнулась внутрь с оглушительным скрежетом. Его отбросило назад, он пролетел несколько метров и с грохотом врезался в покорёженный сегмент «Серпента».

Но он устоял на ногах. Хорошая модель. Крепкая, новая. Его системы отчаянно пытались компенсировать повреждения. Красные огоньки его сенсоров сфокусировались на мне.

Я не позволил ему оправиться. Мой протез ожил. «Секач» с хищным щелчком выскочил из паза. Пси-поле окутало его багровой аурой.

Стремительное движение навстречу. Апперкот протезом.

Лезвие пробило шлем вместе с головой противника. Оно разорвало броню, синтетическую плоть и вошло в центральный процессор.

Киборг дёрнулся. Его оптические сенсоры замигали, а потом погасли.

Я выдернул клинок и убрал его обратно в протез.

Безжизненное тело тяжело рухнуло на землю.

Всё кончено. С момента первого выстрела прошло не больше пяти секунд.

Альпы всё ещё стояли на том же месте, окружённые щитом из волос. Они смотрели на меня. И в их красных глазах не было ни насмешки, ни высокомерия. Ничего, кроме… благоговейного ужаса.

Они видели очередь. Видели, как я исчез. Слышали грохот и визг металла. И вот я стою в сотне метров от них, над дымящимся трупом врага, целый и невредимый. Даже их природная скорость и сила не позволяли двигаться настолько быстро.

Я поправил шляпу и медленно пошёл обратно.

Когда подошёл, Изольда опустила волосы. Её лицо казалось бледнее, чем полагается даже чистокровке, а в глазах застыло такое же выражение потрясения, как когда я моментально обошёл Валериуса и пронзил его со спины.