Книга Гарем на шагоходе. Том 11, страница 84 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Эй! Пусти! Мы платили! — верещал второй дальнобойщик, лысый.

Борг донёс их до дверей, распахнул их пинком и аккуратно, почти нежно, выставил наружу.

— И не возвращайтесь, — всё так же спокойно посоветовал он.

— Да пошёл ты! — донеслось с улицы. — Думаешь, долго тут ещё командовать будешь, рогатый⁈ Хозяин твой сдох! Газета «Лиходарский вестник» уже некролог готовит! Скоро эту дыру прикроют, и пойдёшь на бойню, на фарш!

Дверь захлопнулась, отрезая дальнейшие проклятия. Борг вернулся к стойке, отряхнул руки, словно от пыли, и снова уселся на свой стул, который жалобно скрипнул под его весом.

Вики, слышавшая каждое слово, поджала губы. Рука, протиравшая стакан, на мгновение замерла. «Хозяин сдох». Официального подтверждения всё ещё не было. Никто не пришёл описывать имущество, никто не предъявил права на бар. Они продолжали работать почти как обычно. Но слухи, что их Ворон участвовал в боевой операции против Волка, расползались.

И каждый такой выкрик, каждая газетная утка, каждая пьяная сплетня впивались в её сердце ледяной иглой. Она мысленно твердила себе, что всё это ложь. Ворон — хитрый, изворотливый и до омерзения живучий. Он не мог просто так погибнуть. Он должен был выкрутиться. Он всегда выкручивался.

«Пожалуйста, Марк, будь жив», — беззвучно молилась она, сама не понимая, кому из богов.

В этот момент экран телевизора, до этого показывавший рекламу средства от ржавчины, мигнул и ожил. Заставка экстренного выпуска новостей сменилась непривычной картиной: небо, несущееся под камерой, и раскинутые на фоне выжженной земли фиолетово-изумрудные крылья.

Миранда Фифи.

Она летела над Пустошью, её лицо, снятое крупным планом с одного из её персональных дронов, выражало вселенскую скорбь. Ветер драматично трепал её оперение на голове.

— Я здесь! — её голос, усиленный и пронзительный, ворвался в тишину бара. — Там, где не решаются летать даже военные! Власти Лиходара, прячась за ширмой протоколов безопасности, запретили приближаться к месту последней битвы! Они хотят скрыть масштабы трагедии! Но я, Миранда Фифи, не могу молчать! Мой журналистский долг, моя совесть, мой священный обет перед вами, дорогие зрители, велит мне показать правду! Какой бы ужасной она ни была!

— Опять эта крикливая птица, — проворчал Борг, но на этот раз не закрыл глаза, а с интересом уставился на экран.

Камера сменила ракурс. Теперь она показывала то, что видела сама Миранда. И у Вики перехватило дыхание.

На экране, как стальные монстры, лежали поверженные Волоты. Камера медленно облетала искорёженную, безрукую тушу «Кинг-Конга». Затем показала разорванное надвое, похожее на гигантского червя, тело «Серпента». И, наконец, замерла над «Звероящером», в голове которого зияла чудовищная, оплавленная дыра.

— Посмотрите на это! — голос Миранды дрожал от сдерживаемых эмоций. — Это не просто груды металла! Это братские могилы! Здесь, в этих раскалённых саркофагах, нашли свой конец десятки отважных воинов! Экипажи, которые до последнего вздоха защищали нас с вами от надвигающегося ужаса по имени Волк! Они пали смертью храбрых, и их имена навсегда останутся в наших сердцах!

Миранда сделала круг над полем боя, и камера выхватила разбросанные тут и там обломки другой техники.

— Но и это ещё не всё! — трагически воскликнула она. — Этот монстр уничтожил не только эскадру возмездия! Посмотрите! — камера показала обгоревший остов летательного аппарата. — Это «Мухолёты»! Новейшее, самое совершенное оружие, гордость корпорации «Меха»! Её глава, гений и великий филантроп Магнус фон Штербен, не пожалел собственных средств! Он снарядил и отправил эти машины, чтобы помочь властям Лиходара остановить террориста! Он верил в победу разума и порядка! Но даже эти произведения инженерного искусства, эти ангелы смерти, не смогли устоять перед слепой, разрушительной яростью Волка!