Книга Гарем на шагоходе. Том 12, страница 139 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— В том-то и дело, что в этот раз они маршрут сменили! — горячился тощий. — Идут прямо на нас! Если не свернут, то сначала Семёнычу достанется, потом Волковым, а потом и до моей фермы дойдут! Всё вытопчут, сволочи!

У меня внутри всё похолодело. Волковым. Моей семье.

Я вскочил, хлопнув себя по лбу так, что в ушах зазвенело. Ну конечно! Как я мог забыть⁈ Я же помню! Весь посёлок в тот день стоял на ушах. Кто-то думал, что обойдётся. Кто-то считал, что стадо сметёт половину хозяйств. А потом… потом оно внезапно, без всякой видимой причины, изменило курс и обошло посёлок стороной. Все тогда говорили о чуде. О божьем провидении.

— Какое, к чёрту, провидение… — пробормотал я, сжимая кулаки. — Это был я.

КАПИТАН, ВЫ ОПЯТЬ ВЛЕЗАЕТЕ В ИСТОРИЮ! ОСТАВЬТЕ ВСЁ КАК ЕСТЬ! СТАДО ЖЕ ВСЁ РАВНО СВЕРНУЛО!

— Оно свернуло, потому что я его свернул! — рыкнул я. — Ещё один штрих, Чип. Ещё одно вмешательство, которое сформировало тот мир, который мы знаем.

Не теряя ни секунды, я рванул с места. Мир превратился в смазанный калейдоскоп цветов. Поля, перелески, холмы, всё пролетало мимо. Сверхскорость — это странная штука. Звук исчезает, остаётся только гул в ушах. Я нёсся по степи, оставляя за собой выжженный трением след в траве.

Через несколько минут я был уже далеко в степи. И услышал гул.

Низкий, утробный, сотрясающий саму землю. Он нарастал, превращаясь в громоподобный рёв. А потом я их увидел.

Стадо походило на живую лавину. Сотни огромных, покрытых бурой шерстью туш неслись по степи, вздымая тучи пыли. Их рога блестели на солнце. Глаза горели красным огнём первобытной, бессмысленной ярости. Они действительно сметали на своём пути. Затаптывали кустарники, выворачивали с корнем молодые деревца. Земля стонала под тысячью копыт.

Я вышел им навстречу. Встал прямо на пути этого ревущего потока. Моё чёрное пончо взметнулось за спиной, как крылья гигантской хищной птицы. Они меня заметили. Рёв усилился, в нём появились нотки ярости и удивления. Вожак — огромный, как танк, зверь с сединой на морде — пригнул голову, готовясь поднять меня на рога.

— Эй! — заорал я, хотя мой голос тонул в грохоте копыт. — Тормози, говядина!

Вожак не остановился. Наоборот ускорился, вышибая клочья дёрна на каждом скачке. Даже отсюда я ощущал смрад его шерсти и дыхания.

— Не хочешь по-хорошему? — уточнил я. — Ладно. Будет по-плохому.

Я закрыл глаза и потянулся к тому, что бурлило внутри меня. Сила высшего альпа. Сила, которую я украл у своего собственного творения в далёком будущем. Сила, которую я многократно приумножил.

Мои глаза распахнулись, полыхая багровым огнём. Удар!

Я ударил не кулаком, а разумом. Ментальная волна, плотная, как бетонная плита, и острая, как бритва, накрыла стадо. Я ворвался в их примитивные, полные ярости сознания.

СТОЯТЬ!

Абсолютный императив.

Вожак споткнулся. Его ноги подогнулись, он пропахал мордой землю, оставляя глубокую борозду. Задние ряды начали врезаться в передние, но я держал их. Я сплёл их разумы в единую сеть и сжал в кулак. Чувствовал их страх. Их замешательство. Они столкнулись с хищником, которого не могли понять. С альфой, чья воля была твёрже их рогов.

— Налево! — скомандовал я, и мой голос прозвучал в голове каждого зверя громом. — К реке! Там вода! Там сочная трава! Там нет моего дома! Пошли вон!