Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 146 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

— Ядрёна гайка! Мои глаза! — заорала Ди-Ди, роняя планшет и закрывая лицо руками.

Альпы, чьё зрение было в разы острее человеческого, пострадали больше всех. Кристалл с визгом метнулась под днище старого топливозаправщика, Кармилла зашипела, а Валериус стиснул зубы так, что я услышал хруст эмали.

Нам пришлось бросить подготовку к старту, напялить на лица гоглы и срочно организовывать проект, который Ди-Ди тут же окрестила «Солнечные очки для космодрома». Используя тяжёлые погрузчики и сварку, мы за день возвели в восточной части пузыря гигантский зонт из листов ржавого железа, содранных с крыш старых ангаров. Это заметно снизило световое загрязнение, позволив нам работать дальше.

Снаружи, за пределами купола, Магнус продолжал давить на гашетку. У нас над головами вместо неба полыхало раскалённое белое марево, а воздух внутри пузыря нагревался, заставляя нас обливаться потом и отключить собственные инфракрасные обогреватели. Роза чуть не плакала, поливая свои грядки, которые начали сохнуть от этой неестественной жары, и умоляла меня «выключить злую лампочку».

Но мы успели.

Спутник установлен, ракета возвышалась на стартовом столе. Я смотрел на своё детище из тени защитного зонта, когда яростный свет в очередной раз погас, и небо очистилось. Снова стало видно только золотистое мерцание купола и голубоватую высь с редкими облаками за ним. Стоявшая рядом Лекса облегчённо вздохнула.

— Ещё одной такой вспышки я не выдержу, — пожаловалась она.

— Капитан, — сообщила Вайлет по коммуникатору. — Я закончила спектральный анализ излучения, бьющего по нашему барьеру. Это твердотельный лазер с оптической накачкой. Судя по интенсивности и продолжительности залпа в реальном времени, его охлаждающий контур сейчас должен пережить тепловой удар.

Я хмыкнул, вытирая пот со лба.

— Переведи на человеческий, Вайлет, — попросила Лекса.

— Магнус сжёг себе оптику или истощил конденсаторы, — пояснила киборг. — По моим расчётам, его лазер ушёл на принудительную перезарядку. Минимум минут на пять-семь по реальному времени.

— Значит, когда мы опустим щит, он не сможет нас поджарить? — уточнила полицейская.

— Светом — нет. Однако сканирование показывает сдвиг бронеплит в днище корабля. Начинается открытие орудийных портов. Ожидается массированный ракетный удар и обстрел бронебойными снарядами в первую секунду после деактивации купола.

— Нас будут убивать по старинке, — хмыкнул я и сплюнул на сухую землю. — Экипаж! Бросаем инструменты! Живо в «Избушку»!

Пока рабочие заканчивали последние приготовления, мы загрузились в шагоход. Мои девочки, альпы и гарпия-журналистка, которая успела написать мемуары о своей нелёгкой судьбе в роли заложницы террориста номер один.

После финальной проверки всех систем, строители укрылись в самом глубоком бункере космодрома. На поверхности остались только мы и ракета.

Я занял капитанское кресло на мостике. Провёл живой рукой по подлокотнику. Мы провели в куполе почти год. Уже успел забыть это чувство, когда готовишься к бою в своей машине, с верным экипажем, а перед тобой враг. Мы выковали свой меч и теперь готовы выйти на дуэль.

Чип развернул перед моими глазами интерфейс тактического дисплея.

ОБЪЕКТ: ЛЕТАЮЩАЯ КРЕПОСТЬ КЛАССА «НЕ СМОТРИ НАВЕРХ, ОБОСРЕШЬСЯ».