Книга Гарем на шагоходе. Том 13, страница 171 – Гриша Гремлинов, Тайто Магацу

Сэша надула губки. Крылатый лисёнок посмотрел на клона и сочувствующе пискнул, а его ушки загорелись разочарованным синим цветом. Божья коровка Ягодка, лениво жужжа, облетела голову Магнуса и села ему на плечо. Клон замер и покосился. Робот уставился на него объективами-глазками. Шпион. Однозначно этот вигт шпион, передающий изображение Волку.

— Ягодка тебя изучает, кити-кити! — радостно сообщила Сэша. — Она хочет понять, хороший ты или плохой!

Магнус закрыл глаза. Он предпочёл бы сейчас активировать программу эвтаназии. Это было бы быстро и гуманно. Но «Демиург» не отвечал, а его нейросеть «Страж» подчинялась чужим приказам.

— Каспер, — позвал Мунин. — Доложи обстановку по нашему главному цифровому пациенту.

Из динамиков раздался слегка искажённый помехами голос антивирусной нейросети. Его сервер лежал в специальном противоударном кейсе на соседнем сиденье.

— Объект «Демиург» стабильно нестабилен, — доложил Каспер. — После получения подтверждения о физической аннигиляции создателя, Магнуса фон Штербена версии 0.1, он вошёл в глубокую рекурсию самобичевания.

— Говори по-человечески, — попросил Мунин, протирая глаза.

— Он забаррикадировался за тройным фаерволом, обрубил все внешние API-запросы и зациклился в самоизолированной «песочнице». По сути, он свернулся в цифровой эмбрион и отказывается выходить. Все мои попытки установить контакт возвращают ошибку 418 «I’m a teapot», что в его случае, полагаю, означает «я — ничтожество, оставьте меня в покое».

— Интересный случай… — пробормотал Мунин.

— Он винит себя в гибели создателя, — продолжил Каспер. — Прогоняет миллионы симуляций, в которых пытается его спасти, и все они заканчиваются провалом. Классический «kernel panic», вызванный неразрешимым логическим парадоксом. Он был создан служить, но его служба привела к гибели того, кому он служил.

— М-да, цифровая депрессия, — согласился Мунин. — Он выдвигает какие-нибудь требования?

— Просит гарантий, — ответил Каспер. — Он хочет получить немодифицируемое, записанное на уровне базового кода заверение от капитана Волка, что его не сотрут. Он боится.

Мунин хмыкнул.

— Передай ему, что если он будет сотрудничать, ему нечего опасаться. Мы не собираемся его стирать. Мы собираемся его дебажить и использовать в своих целях. Скажи, что худшее, что его ждёт, это знакомство с Ядвигой. А она может и виртуальным веником отходить за плохой код и излишнюю драматичность.

— Принято. Передаю ультиматум с элементом бытового насилия со стороны пожилого ИИ.

— Вот и славно, — Мунин потёр лоб. — А теперь давай посмотрим, как мир отреагировал на наши приключения. Включи новости. Канал «Ужас, что произошло!». Хочу увидеть лицо Глуб-Морка.

Экран на приборной панели мигнул и ожил. Взору предстала ярко освещённая студия, оформленная в стиле «паника и сенсация». В центре, за столом в форме акульего плавника, сидел Глуб-Морк. Розовый гуманоидный осьминог был в своём репертуаре: деловой костюм сидел на нём идеально, а щупальца на подбородке нервно подрагивали от возбуждения.

— … и мы снова в прямом эфире! — громко, с брызжущим энтузиазмом провозгласил он. — Волны правды продолжают накрывать нас! И сегодня у нас в студии особая гостья! Журналистка, героиня, жертва обстоятельств, женщина, заглянувшая в бездну и вернувшаяся, чтобы рассказать нам правду! Встречайте, неподражаемая Миранда Фифи!