Книга Магазин волшебных питомцев 1, страница 121 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Ладно, — произнёс он неторопливо. — Допустим, семнадцать тысяч — это усушка-утряска. Допустим. Это мы обсудим. Но основной долг ты оспаривать не будешь?

— Основной долг — вопрос отдельный, — я не менял тона. — Вторая поставка корма. Восемьдесят пять тысяч.

— Ну?

— Контрафакт — он и есть контрафакт, Грач. За восемьдесят пять я получил пересортицу с перебитыми датами. Во всех упаковках мана почти на нуле, практически в следовых значениях.

— Кор-р-рм — дрянь! — авторитетно подтвердил Архимед. — Сухари гнилые!

Грач прищурился.

— Ты его продавал, — сказал он холодно. — Продавал и не жаловался.

Я выдержал его взгляд.

Он был прав. Прежний Денис продавал. Продавал, потому что был в отчаянии, понимал, что товар дрянной, и молчал. Но прежнего Дениса за этим столом больше нет.

— Не жаловался, — сказал я. — Было дело. Но это не значит, что товар стоил заявленных денег. Такой корм на чёрном рынке идёт за сорок, если партия свежая, и за двадцать пять, если она полежала. Ты же продал его мне с наценкой, как будто это высший сорт.

А вот это чистый выстрел наугад. Я не знаю точных цен контрафакта. Но структура установки цен на левый товар везде одинакова: сорок-пятьдесят процентов от рыночной стоимости оригинала. Плюс маржа перекупщика.

Не сомневаюсь, что Грач закупил товар по бросовой цене, а Дэнке втюхал в три раза дороже, взяв сверху ещё и комиссию.

Грач перестал гладить крысу. Его пальцы застыли на её загривке.

— Ты раньше так не разговаривал, — сказал он.

— Раньше много чего не было.

— Ты чего, Дэн? — он наклонился чуть вперёд. — Ты же понимаешь, как это работает. Я поставил. Ты принял. Накладная в силе. Можешь считать, что товар был дешевле, но ты его взял по моей цене.

— Накладная, — повторил я. — Поддельная накладная на контрафактный товар. Ты говоришь о юридической силе документа, который сам же нарисовал?

— Кр-р-расота! Жги! — вставил Архимед, явно довольный спектаклем.

Грач перевёл взгляд с меня на попугая. Потом обратно. И вдруг улыбнулся — коротко, без веселья.

— Слушай, а ты действительно изменился, — сказал он. — Тот Егерев, что ко мне полгода бегал, мне в рот заглядывал. А ты сидишь тут и меня носом в мою же смету тычешь. С чего вдруг такая метаморфоза?

— Повзрослел, — сказал я.

Некоторое время Грач думал.

— Ладно, — сказал он. — Я тебя услышал. Ты хочешь поторговаться. Это нормально. Но ты пойми простую вещь, Дэн. Долг есть. Ты его не оспоришь. И если я передам его сборщикам, торговаться будет не с кем. Они не гоняют чаи.

— Я знаю, как работают сборщики.

Знаю. Потому что сажал их.

— Ну и?

— Ну и давай решим вопрос между собой. Я не бегаю от долгов, Грач. Я пришёл сам. Ногами. И первое, что получил, — вот это, — я кивнул на колибри. — Неправильный сигнал.

Грач покатал это в голове. Он неглуп — это я уже видел. Хитёр, расчётлив. Посредник его уровня не выживает на улице за счёт мускулов. Он выживает за счёт калькулятора в голове и чутья на людей. Проблема в том, что человек перед ним больше не вписывался в готовый шаблон.

Я заметил едва уловимое движение. Пальцы Грача коснулись кулона на цепочке, который при ближайшем рассмотрении оказался маленьким техническим приборчиком на карабине. Лёгкий жест. Мог бы сойти за нервную привычку, но его глаза тут же скосились на левое запястье. Там тускло мигнул умный браслет.