Книга Магазин волшебных питомцев 2, страница 73 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Архимед переступил по спинке дивана, царапая обивку когтями, но она и так убитая. Подобрался поближе и наклонил голову. Чёрный глаз заворожённо уставился на светящийся артефакт.

— Блестит! — выдал какаду. — Золото? Дай птичке!

— Это получше золота будет, — усмехнулся я, загадочно глядя на переливающийся мешочек. — Как думаешь… что получится из слабенького ушастого лисёнка, если дать ему побольше силы? И, скажем, прикрутить пару чужих полезных навыков?

Попугай перевёл взгляд с магической пыльцы на фенека, который как раз старательно вылизывал пустое блюдце. Хохолок Архимеда взмыл вверх.

— Мутант! — радостно каркнул он. — Ушастый монстр! Сыпь порошок! Будет бум!

Процедурная встретила меня тишиной и хвойным ароматом «Сосенки». За решёткой одной из клеток спал Клеверный кролик, свернувшийся в пушистый шар с мерцающим четырёхлистным знаком на лбу. На полке выше в террариуме шевелился Сумеречный Аспид.

Дракончик проснулся.

Он поднял узкую голову с длинным серебристым клювом и посмотрел на меня. Ярко-оранжевые глаза с вертикальными зрачками моргнули вторым веком. Детёныш тихо вякнул. Раздвоенный хвост начал постукивать по дну гнезда. Крылья из серебристых пластин-чешуй были прижаты к бокам, как сложенные опахала.

— Доброе утро, малыш, — я подошёл к террариуму.

Аспид приоткрыл клюв и щёлкнул им. Когда он вылупился, я применил «Глубокую оценку», так что теперь у меня хранятся все необходимые сведения о нём. Развернул системную карточку, нашёл нужный раздел.

Режим питания новорождённых:Самостоятельное кормление с первых дней жизни. Мать обеспечивает только защиту гнездовой территории, но не добычу. В первые недели основу рациона составляют мелкие насекомые: личинки, черви, жуки. Через месяц переходят на мелких грызунов и ящериц. Кормить принудительно не рекомендуется — высок риск повреждения клюва.

Насекомые, значит. Я открыл медицинский шкаф. Достал зачарованный пластиковый контейнер с мучными червями. Жирные бежевые личинки копошились в овсяных хлопьях.

Подцепил одного червя пинцетом, открыл крышку террариума и поднёс к гнезду. Уговаривать не пришлось. Аспид сделал молниеносный выпад. Клюв щёлкнул с силой капкана, и червь исчез в пасти мелкого хищника. Я выловил следующую личинку.

Щёлк — и нет её. Детёныш проглотил добычу, задрав голову, и уставился на пинцет с выражением «ещё». Раздвоенный хвост заколотил по подстилке быстрее. Я скормил ему пятерых червей. Дракончик довольно зажмурился и издал мелодичное «тью-ю-ю», требуя продолжать банкет.

— Обойдёшься, желудок у тебя пока крошечный, — я закрыл крышку.

Вымыл руки. Посмотрел на мешочек с «Золотой Пыльцой Ассимиляции», который положил на смотровой стол. Замшевая ткань тихо мерцала. Настало время для главного эксперимента. Вернулся в торговый зал, позвал Лиса и снова зашёл в процедурную.

Фенек прибежал, цокая коготками по линолеуму. Я посадил лисёнка на резиновый коврик смотрового стола. Зверёк послушно сел, только его огромные уши постоянно дёргались, улавливая каждый шорох в магазине.

— Тебе, малой, предстоит апгрейд, — я развязал мешочек. — Надеюсь, ты не против.

Золотистая пыльца мерцала и переливалась, как измельчённое северное сияние. Осталось получить точный рецепт для переноса мутации с одного существа на другое. Вбухав сорок единиц маны, я применил «Глубокую оценку» на Пыльцу.