Книга Инженер. Система против монстров 2, страница 87 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

Получено опыта: 240

На каждой мине услужливо появилась маркировка, обозначающая уровень энергетического кристалла, который лёг в основу её взрывного шарика. Удобно.

У меня на пороге появились новые гости. Сначала Женя, потом Руль, Тень. Они приходили, шутили, отдавали свою энергию и уходили. Я чувствовал себя жрецом какого-то нового, непонятного культа.

Последним из Ратоборцев, как я и ожидал, пришёл Сокол.

Он ввалился в мастерскую, скрипнув дверью. Его лицо ещё оставалось слегка распухшим, а во взгляде горела неприкрытая ненависть. Он остановился на пороге, не решаясь подойти ближе.

— Пришёл на дойку? — усмехнулся я, собирая детали для очередного крафта.

— Приказ командира, — процедил он. — И не смей так со мной разговаривать, падаль!

— Я разговариваю так, как считаю нужным, — поднял на него взгляд. — У меня много работы, Сокол. А ты отнимаешь время. Давай сюда руку, и проваливай.

Он поморщился и с видимой неохотой подошёл. Его глаза сверлили меня, будто пытаясь обратить в камень. Он протянул руку, но не раскрыл ладонь, держа её в кулаке.

— Давай, вампир. Бери, если сможешь.

Я молча взял Кровавый Рубин, схватил запястье придурка и прижал камень к его коже. Он вздрогнул, но не отдёрнул руку. Камень запульсировал, вбирая в себя ману, пропитанную злобой и яростью. Сокол зашипел сквозь зубы. Его лицо исказилось.

— Что, нравится, ублюдок?

Я ничего не ответил, просто смотрел, как наливается силой рубин в моей руке. Когда процесс закончился, отпустил его запястье и холодно велел:

— Можешь идти.

Он отшатнулся, потёр руку, словно пытаясь стереть с неё невидимую грязь.

— Ты ещё пожалеешь об этом, инженер, — плюнул он. — Там, в центре, я припомню тебе всё.

— Жду с нетерпением, — бросил я.

Он развернулся и вышел из мастерской, хлопнув дверью так, что зазвенели инструменты. Придурок. У нас режим тишины, нельзя так грохотать, блин. Ну да хрен с ним.

Я на мгновение прикрыл глаза, позволив себе немного отдохнуть. Эта конфронтация бесила, но времени на эмоции у меня нет. Посмотрел на рубин, заряженный маной Ратоборцев. Он светился ярко, пришло время перелить энергию из него в другие кристаллы.

Дверь снова скрипнула, в мастерскую заглянул Борис. Его широкая фигура полностью заняла дверной проём. На губах играла характерная усмешка.

— Лёха, я только что видел нашего птенчика, — он кивнул в сторону коридора. — Летел отсюда, аж перья дыбором! Лицо перекошенное, нахохлился весь! Ты его пообщипал, что ли?

— Заходи, Боря, — устало сказал я. — Твоя очередь.

Он прошёл внутрь, оглядывая завалы деталей, инструментов и готовых изделий.

— Ничего себе ты тут насобирал, — присвистнул он. — Мины, гранаты… Будем завтра разбрасывать по дороге, как семечки?

— Всё может быть, — кивнул я. — Давай руку.

Борис протянул огромную лапищу без тени колебаний. Кровавый Рубин начал свою работу. Борис даже не дёрнулся, лишь с интересом наблюдал за процессом.

— Прикольная штука, — задумчиво сказал он. — Напоминает, как я раньше кровь сдавал. На Цветном бульваре была у нас станция переливания. Я туда регулярно ходил. Раз в месяц, как часы.

— Деньги нужны были? — спросил я.

— Ну, — он пожал плечами, — деньги тоже. Но не только. Я как из бокса ушёл, работал грузчиком. Надо было как-то себя занять, понимаешь? Чувствовать, что делаешь что-то полезное. Ну и платили норм, а ещё атмосфера! Приходишь, тебя в кресло усаживают, иголку в вену, и лежи минут двадцать. Телевизор смотришь, отдыхаешь. Потом чай сладкий дают, печеньки. Выходишь оттуда с деньгами и ощущением, что кому-то помог. Может, ребёнку, может, раненому в больнице. Мне это нравилось.