Книга Инженер. Система против монстров 3, страница 48 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Ты, рыжая стерва, вообще молчи! — взорвался Сокол. — Тебя это не касается!

Олеся и Мики при виде нашего спора совсем съёжились, зверёк тихо заскулили. Алина сидела с напряжённой спиной, поджав губы и глядя в пол.

— ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ! — голос Варягина прозвучал как удар грома. В тесном отсеке стало относительно тихо. — Сокол, я повторяю в последний раз. Кристалл — собственность группы. Он нужен инженеру для крафта и ремонта. Это не обсуждается. Вернись на своё место. Это приказ.

Сокол стиснул зубы так, что заиграли желваки. Бросил на меня взгляд, полный чистой, концентрированной ненависти, но промолчал. Спорить с командиром он больше не посмел. Растолкал нас и вернулся в свою башню. Да, с этим парнем мы друзьями вряд ли станем. Нехорошо, что внутри группы есть проблемы с взаимопониманием. Это ставит всех под угрозу. Но сейчас поделать с этим ничего нельзя.

Я убрал кристаллы в инвентарь. Двадцать пятый уровень. Это хороший запас маны. А главное, что теперь кристаллы перестали служить расходным материалом. Так что это ещё и удобная полупрозрачная тара, в которую я смогу заливать новую ману. Мне этот кристалл действительно нужнее, чем кому-либо другому.

Мы мчались по улицам, уходя от возможной погони. Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в кроваво-красные тона. Длинные, уродливые тени ползли по разрушенным домам, превращая знакомые пейзажи в декорации к фильму ужасов.

В БТРе воцарилось молчание. Каждый думал о своём. Я думал о проклятии Бесформенного и о том, как использовать полученные ресурсы. Сокол… ну не знаю. Наверняка он думал о своей уязвлённой гордости и ненависти ко мне.

А может переживал за сестру, которую не удалось найти. Там, в психушке, мы не стали заново обходить здание и проверять трупы. Так что неизвестно, есть ли среди них её тело. Но даже если нет… кто знает, что с ней стало? Спаслась и примкнула к чьей-то группе? Мутировала и теперь бегает по улицам в поисках свежего мяса? Вариантов не сильно много, но шансов узнать правду исчезающе мало.

Я посмотрел на Олега Петровича.

Мы приближались к Раменкам. К его дому. К его надежде. Он сидел молча, сцепив руки на коленях, и смотрел в одну точку. Его лицо, обычно выражавшее лишь усталость и сарказм, теперь походило на маску человека, который готовится к худшему, но до последнего цепляется за призрачный шанс. Я видел, как подрагивают его пальцы, как он нервно поправляет очки.

Чем ближе мы подъезжали, тем сильнее становилось напряжение. Все понимали, куда мы едем. И все понимали, что нас там ждёт. Очередной лотерейный билет. Последний. Затем, независимо от результата, мы будем прорываться из города в область.

Уже совсем стемнело, когда Руль сбросил скорость. БТР, урча дизелем, медленно въехал в тихий двор типовой панельной многоэтажки. Машина остановилась. Руль заглушил двигатель.

В наступившей тишине голос Варягина прозвучал, как приговор:

— Приехали, Олег Петрович.

— Я пойду с тобой, Петрович, — глухо произнёс Варягин. Он не спрашивал, а констатировал факт.

— И мы, — тут же отозвался Борис, а Медведь рядом с ним согласно рыкнул, доставая из инвентаря свой топор.

— Я тоже, — сообщил я. — Женя, Искра, вы с нами. Нужно прикрытие.

Олег Петрович медленно поднял голову. За стёклами его очков плескалась такая боль, что стало трудно дышать. Он кивнул. Медленно, с усилием, словно этот простой жест стоил ему неимоверных сил.