Книга Инженер. Система против монстров 10, страница 57 – Сергей Шиленко, Гриша Гремлинов

— Согласен с выводом, — сказал Прометей.

— Хорошо, — я внёс схему в чертёж. — Оба турбовальника стоят тандемом в задней части корпуса, за кабиной пилота. Основной ближе к центру масс, резервный за ним. Между ними промежуточный редуктор с муфтой свободного хода, позволяющий резервному двигателю отключаться без остановки генератора основного. Выхлоп вниз и назад, через ЭВУ. Воздухозабор сверху. Топливные баки по бокам, в бронированных отсеках между точками крепления третьей и четвёртой пары ног. Суммарный объём шестьсот литров. При маршевом расходе сто пятьдесят литров в час, это даёт автономность хода четыре часа. При работе обоих двигателей на полной мощности полтора часа. Ну и… пилот может дозаправить машину, если топливо есть в Хранилище.

— Для штурмовой машины отличные показатели, — заметил Прометей.

— Более чем. Полтора часа активного боя — это вечность. Реальный бой редко длится дольше пятнадцати-двадцати минут.

Я перешёл к обшивке.

— Бронирование, — вывел параметры. — Философия: максимальная защита при минимальной массе. Тот же сплав, что и у остальных «Арахн», титан, ванадий, хром, молибден, упрочнение карбидной нанокерамикой. Но толщина меньше, чем у «Каракурта». Лобовая проекция тридцать пять миллиметров при наклоне шестьдесят пять градусов. Борта двадцать пять. Корма двадцать. Кабина пилота отдельная бронекапсула, сорок миллиметров по кругу.

— Эквивалентно примерно семидесяти-восьмидесяти миллиметрам гомогенной стальной брони в лобовой проекции, — подсчитал Прометей. — Это защита от крупнокалиберных пулемётов и осколков. Но не от противотанковых средств.

— Верно, — согласился я. — «Арахна-П» не обязана держать попадание РПГ лбом. Её защита в скорости и манёвренности. Восьминогая платформа, способная мгновенно менять направление движения, совершать боковые рывки, припадать к земле или вскакивать на ноги. Вести по ней огонь, всё равно что стрелять из рогатки в бегущую кошку. — Я добавил на схему навесные решётчатые экраны. — Плюс лёгкие решётчатые экраны на бортах против кумулятивных боеголовок. Они почти ничего не весят, но заставляют кумулятивную струю срабатывать на расстоянии от основной брони, теряя эффективность.

— Итоговая масса? — педантично уточнил Прометей.

Я свёл баланс.

— Корпус с бронёй две тонны четыреста. Кинематика, восемь ног с приводами две тонны двести. Силовая установка с генераторами семьсот. Главный калибр с боекомплектом пятьсот, вспомогательные орудия ещё столько же. Электроника, сенсоры, системы управления триста. Кабина пилота с креслом, приборами и системой жизнеобеспечения четыреста. Топливо шестьсот. Резерв на крепёж, проводку, мелочёвку пятьсот. Итого: восемь тонн и ещё сотня кило. Нормально. Плюс сам пилот, иногда пассажир. Для этого я в кабине выделил небольшую скамейку в задней части. Можно даже двоих запихнуть, но будет тесно.

Я немного помолчал, работая над деталями кабины. Кресло пилота с ремнями безопасности и гасителями ударных нагрузок, амортизирующий подвес для защиты от тряски при беге. Приборные панели, три экрана, рычаги, педальный блок. Система жизнеобеспечения, замкнутый контур с фильтрацией, запас воздуха на четыре часа на случай задымления или химической атаки. Аварийный люк в днище, чтобы в случае опрокидывания машины пилот смог выбраться снизу. Система катапультирования кресла вообще стала отдельной проблемой.