Книга Цветы смерти, страница 45 – Ли Тонгон

Чан Тонхун проглотил язык от удивления. Высокопоставленный член правительства взял со стола кружку, сделал глоток и поставил ее обратно.

— Прокурор, как ты смеешь говорить с парламентарием в таком тоне? Как тебя зовут? – сказал политик. В его голосе не было ни злости, ни издевки. Он просто не воспринимал его всерьез.

— Чан Тонхун, прокурор города Куам. – Он поклонился и постарался спрятать свой гнев как можно глубже.

— Я для тебя пустое место?

— Нет. – Чан Тонхун продолжал стоять в поклоне.

— Я сижу перед тобой. Почему ты посмел повысить голос на члена парламента?

— Прошу прощения. Не должен был этого делать.

Политик вновь сделал глоток и продолжил:

— Слышал, ты думаешь о карьере политика.

— Да.

— Но почему так ведешь себя в моем присутствии?

— Прошу прощения.

— Выпрямись.

После его слов прокурор Чан Тонхун встал ровно и надел на лицо привычную маску хладнокровия.

Член правительства жестом указал ему сесть. Тот немедленно последовал приказу.

— Прокурор, ты хорошо поработал над делом. Дальше мы позаботимся о нем сами; отдохни. Мне кажется, ты хороший человек. Горячий и мужественный, ты мне понравился. И уверен, что твой имидж после суда улучшится. Знаешь же, в политике это очень важно. А вообще ты понравился мне как человек с первого взгляда.

Чан Тонхун слегка кивал и впитывал каждое его слово.

— Дай мне твою визитку, – внезапно произнес он.

Прокурор вскочил с места, достал из кармана визитку и, поклонившись, вручил ее политику двумя руками.

— В следующий раз угощу тебя выпивкой. Теперь мы будем видеться чаще, – напоследок сказал политик.

— Я вас понял. До следующей встречи.

Высокопоставленный член правительства вышел из комнаты. Странная тишина повисла между Чан Тонхуном и его наставником.

— Ничего не поделать, приказ президента… Мы должны подчиниться, – сказал парламентарий Пэк, подбадривающе хлопнув его по плечу.

Чан Тонхун слабо кивнул. Он считал его своим отцом, больше всего зависел от него и больше всех верил. Прокурор думал, что его наставник будет бороться, убеждать всех в необходимости казни. Он искренне считал, что Пэк будет на его стороне. Его сердце разрывалось от ощущения предательства.

— Господин Пэк, но ты же говорил, что Ли Ёнхван должен умереть… Разве не благодаря тебе заново ввели смертную казнь, хотя тебя сильно критиковали за это?

Парламентарий ничего не ответил и лишь похлопал его по плечу.

Чан Тонхун собрал все силы в кулак, чтобы не показать истинных эмоций. Он закапывал их все глубже и глубже.

— Тонхун, черт возьми… Прости меня.

Эти слова неприятно резанули ухо прокурору. Он грустно посмотрел на наставника и сказал:

— Тогда ответь на мой единственный вопрос. Если бы ты стал президентом, что бы ты сделал – спас Ли Ёнхвана или убил?

Пэк покачал головой, сильно хлопнул его по плечу и вышел. Это был его ответ. Чан Тонхун не стал его догонять.

Внутри все горело, было тяжело дышать. Он вспомнил, что когда-то давно, в детстве, прокурор Пэк сказал ему, что он готов убить любого преступника.

Сейчас Чан Тонхун чувствовал внутри абсолютную пустоту. Когда он снова сможет контролировать эмоции? Они захлестывали его целиком.

В это же время в другой комнате сидел Ли Ёнхван. Рядом с ним находился представитель правительства. Он положил на стол конверт с документами и предложил ему чашку чая.