Онлайн книга «Искатель, 2011 № 04»
|
С моим практикантом коряком Ваней Добрыниным мы вылетели в Аянку и приступили к расследованию. Первым делом повторно осмотрели место происшествия. На косяке входной двери со стороны кухни обнаружили пятно крови и два волоска на расстоянии полутора метров от пола. Провели следственный эксперимент и воспроизведение показаний Серова и Нестеренко на месте происшествия: кто где сидел, где лежали дрова, уточнили, где лежал нож, как им замахивался Белов и т. д. Все это фиксировали на фотопленку. Во время осмотра зашел участковый Керносенко Петр, в руках у него было березовое полено. — Я зимой на всякий случай забрал полено, которым был нанесен удар по голове Белова, может, вам оно будет нужно, — сказал участковый. — Какой ты, Петя, молодец. Конечно, нужно! — похвалил я милиционера, и не напрасно. При тщательном осмотре на конце полена мы нашли пятно крови и несколько волосков. Это уже была удача. По прибытии в село Каменское мною было принято решение произвести эксгумацию трупа Белова и провести судебно-медицинскую экспертизу. Получив санкцию у прокурора и согласие родственников погибшего, я вызвал из города опытного судебно-медицинского эксперта Зиновьева Алексея, по прозвищу «Лепила». Зиновьев был классным специалистом своего дела, но за ним был. один грешок — любил выпить. С Лепилой по работе мы сталкивались не один раз и даже подружились. Судебный медик прилетел самолетом через несколько дней. В село Оклан выехали на двух моторных лодках. В мою лодку «Казанку» сели мы с Лепилой, а за рулевого — сын Олег. В моторке «Крым» разместились хозяин — пожарник Домнин — и прокурор Лукин. Две моторки, тарахтя двигателями, помчались, разрезая водную гладь реки Пенжины, навстречу неизвестности и приключениям. Через час ходу вошли в приток реки Пенжины — речку Оклан; двигались против течения. Вода была чиста и прозрачна как слеза. На перекатах мелководья мотор чиркал о песок и гальку, образуя мутные завихрения. На дне видны были сломанные винты и оторванные лопасти. В реке в ямах резвились жирные хариусы, которые выпрыгивали из воды, как вылетают из бутылок пробки шампанского, и плюхались обратно в свою стихию. По берегам березы и осины приветливо махали путникам зелеными кудрявыми ветвями. Оклан — небольшое село эвенов. Жили в нем и несколько русских семей. Нас встретили председатель совета, приветливая Мария Ивановна, и ее муж — татарин Рашид. Пригласили двух эвенов Колю и Мишу с лопатами и киркой, а также родственников усопшего и пошли раскапывать могилу Белова. Раскопками руководил Лепила, принявший на грудь сто граммов спирта, полученного для вскрытия трупа. Прокурор ушел в клуб читать лекции, а пожарник проверял объекты на противопожарную безопасность. Эвены быстро раскопали указанную родственниками усопшего могилу. Земля за лето оттаяла, кирка почти не потребовалась. Вскоре лопата ударила в крышку гроба. — Осторожнее! — крикнул судебный медик, нагнувшись над разрытой ямой, поскользнулся на мокрой земле и свалился в могилу на голову эвена Коли. Тот вывихнул ногу и заорал от боли. Вытащили Лепилу, потом Колю и гроб с мертвецом. На месте медик вправил эвену вывихнутую конечность. — Спасибо, дохтол, однако! — поблагодарил Коля врача. При помощи кирки сорвали крышку гроба. В холоде покойник хорошо сохранился. Труп Белова эвены перенесли в морг больницы, и Лепила, дыхнув на нас спиртными парами, приступил к вскрытию. Закончив свое неблагодарное, но необходимое дело, Зиновьев изрек: |