Книга Академия драконов: Из деревни в истинные, страница 36 – Натали Чейни

— Но ты забыл одну деталь. Похищение невесты королевской семьи — это объявление войны. Ты готов сжечь свою империю ради одного поцелуя в саду?

Воздух закипел, Каэрон уже приготовился выпускать пламя и превратиться в дракона, но в этот момент между ними вклинился Дарриан, его меч был обнажен, но направлен в землю.

— Каэрон, стой! Ты погубишь ее! — Дарриан силой уперся руками в грудь друга, сдерживая его рывок.

Южная Империя не помнила такого рассвета. Каэрон вернулся во дворец как сама карающая стихия. На первом же экстренном совете лордов, где король готовился объявить о финальной дате его свадьбы с Астрид, Каэрон швырнул на карту приграничных земель свой печатный перстень.

— Свадьбы не будет, — его голос, низкий и хриплый, заставил замолчать даже старых генералов.

— Нордмия удерживает мою истинную пару силой. Они заперли ее в своих землях и заставили принять чужой герб. Если империя дорожит честью своего будущего короля, мы начинаем готовиться к войне.

Король в ярости поднялся с трона, его лило пошло красными пятнами.

— Ты обезумел, мальчишка! Ради девки из захолустья ты готов разорвать мир, который мы строили десятилетиями? Я лишаю тебя права на престол. Стража, взять его!

Но гвардейцы не двинулись с места. За спиной Каэрона встал Дарриан, а за ним — командиры элитных драконьих эскадрилий.

За эти месяцы поисков эти всадники видели боль своего лидера и знали, что такое узы истинных. Они выбрали верность дракону, а не старому королю.

— Корона останется здесь, отец, — Каэрон даже не обернулся к трону, выходя из зала.

— А армия уходит со мной.

За две недели Каэрон собрал под своим началом самый верный и грозный легион в истории юга.

Дарриан сутками координировал поставки оружия и проверял готовность ящеров к полетам в условиях разряженного северного воздуха.

В Цитадели тем временем пахло порохом, северные маги готовились к сражению. Королева Ингрид, узнав о демарше юга, пришла в ярость и приказала запереть Марену в самой высокой башне. Окна закрыли магическими решетками, ей запретили приносить любые травы, книги и еду, которая могла усилить ее магию.

Королева понимала что Марена — это единственный рычаг давления на Каэрона и намеревалась использовать ее как живой щит.

Работа не прекращалась ни на минуту. В нижних ярусах замка ковали тяжелые цепи из стали, способных выдержать жар южного пламени. Маги сутками заговаривали стрелы, пропитывая их ядом. Торн возглавил подготовку воздушного флота.

…

Торн вошел в комнату Марены ночью, уже без доспехов, но с тяжелым мечом на поясе. Его черные волосы были растрепаны, а в глазах горел азарт.

— Твой принц не шутил, — произнес он, бросая на стол карту оборонительных укреплений.

— Южный легион уже пересек нейтральную зону. Они идут клином, сметая наши передовые заставы. Мать хочет использовать тебя как щит, когда они подойдут.

Марена подняла голову. В ее глазах, сияли молнии. Ее ток, разбуженный поцелуем Каэрона, больше не спал. Он гудел под кожей, требуя выхода.

— Я не стану щитом для твоей матери, Торн, — твердо ответила она.

— Наш договор все еще в силе. Ты обещал мне свободу.

— Не волнуйся, — он сократил расстояние между ними, нависая над ней всей своей мощью.

— Для моих западных кланов ты — моя невеста. И я не позволю позорить свою кровь таким низким способом.