Книга Жертва, страница 102 – Глеб Лютаев

— Вы уверены? Я могла бы посидеть с Дашей, пока вы в отъезде.

— Спасибо, но мы возьмем ее с собой.

— Ну ладно.

Девушка зашла в дом, прихватила свои вещи и вскоре ушла. Артем помог Кристине дойти до ванной, где обработал ее рану. Все это время Даша вертелась вокруг и время от времени задавала вопросы. Она быстро отошла от шока и больше не плакала.

Артем всерьез подумывал отвезти жену в какую-нибудь частную клинику, где не будут задавать лишних вопросов и требовать каких-либо документов. Но Крис убедила его, что этого делать не стоит. Она сказала, что рана неглубокая и почти не болит, к тому же призналась, что сама раздразнила собаку – никакого бешенства у Линды нет.

Удивительно, но Кристина понимала, что врачи могут что-нибудь заподозрить.

— Так и быть, – согласился Артем, вспомнив наставления художника, – но если почувствуешь малейшее изменение в своем состоянии, сразу говори.

Кристина ничего не ответила.

3

В тот день Даша больше не выходила из дома. Артем так и не смог настроиться на рабочий лад, поэтому отправился обратно к Линде. С грустной мордой она лежала в будке, положив голову на передние лапы. В глазах собаки было столько вины, что Артем сразу ее простил.

— По-хорошему, я должен бы тебя отлупить, – сказал он, присев на корточки рядом с будкой. – Что с тобой произошло? Это же наша Кристина, она вернулась к нам. Ты что, не рада?

Собака, естественно, не ответила. Но взгляд как будто бы немного поменялся. Он стал уже не таким прямо виноватым-виноватым. Скорее выражал нечто вроде: «Да, я виновна, НО…»

Артему это не понравилось. Он знал хаски почти с рождения и чувствовал настроение собаки ничуть не хуже собственного. Если существовала телепатическая связь между человеком и животным, у них она проявлялась на сто процентов. Он был абсолютно уверен в этом. Но если собака осознавала, что натворила, какое тогда «Да, я виновна, НО…»?

Чертовы бредни. Никакого «но» нет и быть не может. Это всего лишь собака, и что-то в ее собачьем мозгу просто перемкнуло. По телику, например, вечно показывали, как домашние питомцы набрасывались на хозяев, кромсали до смерти или уродовали на всю оставшуюся жизнь. Причем делали это без видимых на то причин.

Были ли у Линды причины нападать на хозяйку? Надо было хорошенько подумать.

Артем посмотрел на Линду – собака по-прежнему лежала рядом, ее морда не выражала ничего, кроме грусти. Он погладил хаски, перебирая в голове воспоминания за последние две недели. Что изменилось?

Много чего. В первую очередь, у них в доме вновь жила Кристина. Та же самая, любимая и обожаемая всей семьей…

Или вовсе не всей? Или Артем действительно что-то упустил?

Очевидно, что у него не было времени следить за всем, что происходило в доме. Допустим, в поведении Кристины действительно были кое-какие отклонения. Не каждый день возвращаешься с того света. Требовалось время, чтобы адаптироваться к новой жизни. Он и сам-то не до конца осознал, что с ними произошло чудо, по своему масштабу сравнимое с библейским. А если он так считал, что уж говорить о Кристине, чьи ощущения и чувства невозможно представить. Если она что-то чувствовала, конечно.

К сожалению, он так увлекся переживаниями за жену, что совсем позабыл о других членах семьи и об их состоянии. Было просто не придавать значения или не замечать, что с животным что-то происходит. Линда относилась к ожившей хозяйке недружелюбно, и этот факт был так же очевиден, как и то, например, что Линда – хаски.