Книга Жертва, страница 75 – Глеб Лютаев

К тому времени, как приехала Ирина Сергеевна, папа с дочкой переместились в гостиную. Теперь они сидели на диване и играли в настолку, только Артему постоянно приходилось поддаваться, чтобы Даша не нервничала. Увидев на пороге няню, девочка тут же бросила папу и радостно кинулась к ней в объятия. Даше явно не хватало женской любви и ласки.

Артем со всеми попрощался и выехал в город.

В онкологическом диспансере с ним обходились настороженно. Доктор старался не оставаться с ним наедине, а странные взгляды медсестер свидетельствовали о том, что Шнейдер уже распространил весть о его взвинченном состоянии.

«Да и пусть беспокоятся».

Артем сдержанно выслушал заверения доктора о его непричастности к утреннему инциденту и даже извинился – нехотя и неискренне. Затем он направился в палату, попросив, чтобы их с супругой не беспокоили. Доктор безумно обрадовался, что отделался малой кровью. На глазах Артема и своих подчиненных он сиял, словно начищенный самовар:

— Ни в коем случае. Мы все понимаем. Вы можете находиться там столько, сколько вам будет угодно. Единственное, в тринадцать тридцать дезинфекция, в это время вы можете выпить кофе или перекусить у нас в буфете.

— Можете мне не рассказывать. К сожалению, я отлично знаю это место.

Доктор кивнул и удалился, а Артем, надев перчатки, бахилы и медицинскую маску, молча вошел в палату.

Внутри ничего не поменялось. Кристина лежала в той же позе, с тем же безжизненным видом. Доктор сообщил, что в сознание она больше не приходила. Если цыганка права, оставалось всего пять дней, поэтому Артем должен был собраться с духом для предстоящего безумного поступка. Именно за этим он и пришел.

Он долго сидел возле жены, слушая писк приборов, и время от времени переводил взгляд с Кристины на противоположный угол комнаты, где стояли иконы. В очередной раз глупо уставившись на святые образа, он пришел к неутешительному выводу: все бесполезно. Все.

Пользуясь случаем, Артем внимательно проверил палату на наличие видеонаблюдения, дивясь тому, что, по всей видимости, дошел до паранойи. Он давно знал: камер нет. И все же осторожность не помешает. Затем досконально изучил все интересующие его предметы обихода, сделал пару фотографий на телефон (с мыслью, что удалит их сразу же, как совершит «преступление») и, когда с делом было покончено, просто сел в кресло и размышлял.

В пустых раздумьях Артем просидел до вечера. Как и было обещано, санитарка приходила убрать палату, но не просила Артема выйти. Словно в наркотическом забвении он созерцал, как женщина протирает пыль, как следом за этим наносит на поверхности дезинфицирующий раствор и в конце замывает полы.

Перед уходом женщина о чем-то спросила, но Артем не расслышал. Он был настолько поглощен раздумьями, что ей и не представлялось. Вряд ли она могла вообразить, что завтра молодой и респектабельный мужчина, довольно известный в определенных кругах, вернется в больницу, чтобы убить собственную умирающую жену.

И единственное, что побуждало Артема сделать это, – безумная надежда, что любимая воскреснет.

9

Артем вернулся домой ужасно голодным. После завтрака он не закинул в рот ни крошки, поэтому с радостью набросился и на грудки, и на картофельное пюре, приготовленные Ириной Сергеевной накануне. Женщина ужасно обрадовалась. Оставалось тайной, чему именно: тому, что он с таким удовольствием поглощает ее стряпню, или тому, что к нему вернулся аппетит.